В бой вступили маги и священники, обрушивая на орду мертвецов, лишь кажущуюся большой, а на деле не превышающую количеством войска в самом лагере, магию и божественные силы. Нежить рассыпалась сотнями, но продолжала напирать, будто не замечая потерь. Люди напряжённо следили за этим, в каждую секунду ожидая подвоха, обмана, уловки, какой-то чудовищной изощрённой хитрости.

Когда в них полетели гранаты, люди закрывались щитами. Вспыхивала горючая смесь, но против плотного строя мечников, поддерживаемых магами и священниками, даже десятки гранат казались комариными укусами. А нежить падала, но продолжала напирать. Люди почти уверовали, что у противника просто кончились козыри.

Ряды мертвецов налетели на строй мечников. Началась рубка, совсем не такая успешная для бойцов Арантира, как это было ранее. Проходит десять секунд. Проходит двадцать.

Серия взрывов сметает живых и мёртвых, образуя круги опустошения. Скелеты, превращённые в бомбы. Доспехи, превращённые в готовый поражающий элемент. Запасов готового пороха хватило всего на три десятка бомб. Это количество не обеспечит победу, но этого хватит, чтобы добиться перелома.

Перепуганные люди пятились, не понимая, что произошло. Нежить вновь вклинилась в ряды противника. Десяток секунд, и новая серия взрывов. Третьего не будет, бомбы кончились. Третьего не потребуется, люди дрогнули. Зная о том, что два лагеря уже уничтожены, думая о том, что сейчас на них набросятся их собственные товарищи, ставшие мертвецами, добитые чудовищными взрывами, люди дрогнули.

Армия, шедшая на подмогу, пыталась установить связь, но ничего не получалось. Посчитав, что их товарищи мертвы, оставшиеся войска решили отступить.

Глава 49

Пленник, сидевший прямо на полу у стены, выглядел не самым лучшим образом. Физически он был вполне здоров, ему оказали помощь, вылечили опасные раны. Тем не менее выглядел мужчина предельно подавленным и сломленным. Чтобы чего-нибудь не случилось, в небольшой каменной коробке, служившей ему камерой, дежурили гвардейцы. Личу этот человек пока требовался живым.

Дверей у камеры не имелось. В них не было смысла, десяток гвардейцев, охранявших пленника, не нуждались во сне и отдыхе, ежесекундно находясь в полной концентрации внимания. Если кому-то извне удастся пробиться через них, никакая дверь не станет преградой.

Арантир прошёл в проём и остановился перед пленником.

— Герцог Фейт, — в голосе Лича не было ни намёка на почтительность или хотя бы вежливость. Арантир бросил слова как ругательство. — Хотя при прошлом короле, помнится, вы были Лордом. Хаарт упразднил лордов-хранителей. Неужели это стало причиной для восстания?

Алан поднял взгляд на своего пленителя.

— Избавь меня от болтовни. Просто убей.

— Ни в коем случае. Тебе ещё подписывать капитуляцию.

Алан нахмурился.

— Люди не сдадутся. Ты победил в бою, но проиграешь войну.

Однако Арантир на его слова лишь рассмеялся, присев, чтобы быть ближе.

— Какими наивными вы, смертные, бываете, не перестаю удивляться.