|
Поэтому с 1817 года строгановские землевладения стали майоратом — неделимыми. К тому времени по разным причинам Строгановы потеряли уже примерно треть своих территорий и не желали терять их дальше. Отныне их земли считались общей собственностью всего рода, а в наследство доставалась лишь рента с какого-либо участка. Такая общность была не только необходимостью, но и традицией — если вспомнить, как в 1579 году дядя и два племянника, два двоюродных брата, обдумывали способ покорения Сибирского ханства.
Идеализировать Строгановых, разумеется, не стоит. Тот же вышеупомянутый «дядя» — Семён Аникеевич Строганов — после смерти Аники Фёдоровича развёл в 1572 году такую свару с братьями за раздел пермских имений, что пришлось вмешиваться самому Ивану Грозному. Однако врагами друг другу Строгановы всё-таки не стали. Им и в дальнейшем приходилось неоднократно делиться друг с другом, и всегда раздел оказывался таким, что, перефразируя Стругацких, «никто не уходил обиженным». Но к конкурентам Строгановы могли быть беспощадны и свирепы. Например, в конце XVII века звериный оскал продемонстрировал Григорий Дмитриевич Строганов. Он положил глаз на Ленвенские соляные промыслы, принадлежащие промышленникам Шустовым и Филатьевым. Г. Д. Строганов не постеснялся фальсификации документов, взяток и угроз физической расправы — и завладел промыслами. Историки Г. Головчанский и А. Мельничук вполне оправданно пишут о Строгановых: «…они воспринимали каждый рубль в кармане другого как личное оскорбление». Можно вспомнить и злую усольскую поговорку: «Не тряси берегом — Строганов соль весит!» Но способность к беспринципному хищничеству у Строгановых проявлялась всё-таки редко и не обращалась против своих. А семья Демидовых даёт совсем другие примеры. В семье Демидовых никогда не было лада друг с другом. Общеизвестна тяжба трёх сыновей Никиты Демидова — Акинфия, Никиты и Григория, когда отец завещал все заводы одному Акинфию, а двум другим сыновьям оставил какие-то мизерные суммы. Акинфий поступил так же, завещав капитал сыну Никите и обделив других детей. С таким «наследством» и «отеческому завету» грош цена: поэтому Прокофий Демидов вопреки завещанию отца продал «родовое гнездо» Невьянск (и весь горный округ вместе с ним) чужому человеку — Савве Яковлеву. Это было торжество принципа «моему карману родни нет». Показательна история брака Н. Н. Демидова, владельца Шайтанских заводов. Демидов попросту купил себе жену — сестру захудалых гороховских купцов Ефима и Сергея Ширяевых. Он за бесценок продал Ширяевым свои Шайтанские заводы. Брак Софьи Ширяевой был гарантией благополучия её братьев и матери. Тем не менее Софья дважды убегала от Никиты Никитича. Несмотря на гнев матери и брата (второй брат уже был убит «холопами»), в прошении о разводе (1779 год) Софья писала императрице Екатерине: «…во всё время ея замужества жизнь ея была горестная, что безчеловечный нрав и зверские мужа ея поступки доводили её до того, что она должна наконец или сама себя лишить жизни, или быть жертвою его гонения. Все 27 лет ея замужества провождает она в безпокойстве и всякой, наконец, опасности жизни». «Совестной суд» развёл супругов Демидовых. Но это всё мелочи в сравнении с тем, что Григорий Никитич Демидов вообще был убит собственным сыном, побоявшимся, что отец, подобно деду, оставит всё наследство одной только его сестре Акулине. Друг другу все Демидовы — отцы, сыновья, братья, племянники — всегда оставались конкурентами. И в общем-то говорить о «захвате» Чусовой Демидовыми можно лишь с определённой натяжкой потому что их «семейное» владение не составляло единого альянса. Что ещё может служить «назиданием потомству»? Соучастие в истории Отечества. Соучастие не только капиталами, но и лично. |
