А кто несколько дней назад предавался страсти с Эйрин?

Ладно. Если Элисса встретит новую любовь, так тому и быть. Пусть ей повезет.

Чья-то ручка коснулась его плеча, прерывая поток мыслей. Тор был даже рад: эти размышления начинали походить на самоистязание.

Служанка королевы была просто очаровательна: маленькая, смуглая, с мягким тихим голосом и широкой улыбкой. Во имя Света! Откуда на его голову столько прелестниц? Стоило Хеле – так звали девушку – пригласить его, и думы об Элиссе покинули его, подобно вежливому гостю.

Стражники у дверей, преграждающие путь всем входящим устрашающего вида секирами, пропустили их. Хела вела гостя из комнаты в комнату, и все поражало своим великолепием. Лестница вниз, лестница вверх… Похоже, его ведут в другую башню, подумал Тор. Он еще не догадывался, что не видел истинной красоты… пока не оказался в покоях королевы. Позади остались пышность и роскошь. Эти комнаты отличались изысканной простотой. Королева Кипреса предпочитала следовать правилу «ничего лишнего». Стены приемной украшали лишь несколько картин и шпалера великолепной работы.

Здесь было чуть темнее, чем в других комнатах, но лампы на стенах висели так, чтобы давать как можно больше света, даже если за широкими стрельчатыми окнами наступит темнота. Что же до мебели, то богатая отделка не мешала ей быть удобной – по крайней мере, так показалось Тору. В маленькой печке, облицованной расписными изразцами, трещал огонь – достаточно давно, чтобы разогнать холод.

– Подождите здесь, почтенный Гинт, – пропела служанка.

Она разулась и покинула приемную. Тор едва успел оглядеться, когда дверь в высоком арочном проеме распахнулась. Это была единственная дверь, перед которой не было стражи: юноша уже заметил, что покои королевы охраняются очень строго.

Хела раздвинула тяжелые занавеси и улыбнулась.

– Королева Сильвен готова вас принять, сударь. Почтительно поклонившись, она пропустила гостя в соседнюю комнату и исчезла за портьерами. Тор услышал, как глухо хлопнула дверь.

– Подойди, лекарь. Дай на тебя посмотреть, – послышался знакомый голос – голос, которым часто отдают приказы.

Обернувшись, Тор заметил за полупрозрачным занавесом очертания кресла или стула с высокой резной спинкой. Юноша опустился на колени и ждал. Он кожей чувствовал взгляд зорких глаз, а потом понял, что закрылся щитом. Любопытно. Похоже, это вошло у него в привычку.

– Можешь встать.

Тор повиновался.

– Ты и в самом деле лекарь?

– Да, Ваше величество. И я родом из Тала.

– Ах, да. Сегодня утром я получила плохие вести из вашей столицы.

– Я уже много лет как покинул город, Ваше величество. Я не знаю, что там сейчас происходит.

– Понятно. Значит, ты огорчишься, узнав, что королева Найрия скончалась, – заметила она.

На миг самообладание изменило Тору. Его потрясла не столько новость, сколько тон, которым королева ее сообщила – так говорят о самых обычных вещах. Гость даже не заметил, что не смог скрыть смятения.

– Вижу, эта новость встревожила тебя.