Воины не заставили просить себя дважды и молча удалились.

Девушка провела Тора внутрь, к небольшому бассейну, выбитому в камне. Откуда-то со дна бассейна били струи, заставляя голубоватую поверхность воды чуть заметно бурлить. В воздухе витали легкие ароматы, и Хела заметила, как у Тора затрепетали ноздри.

– Крапива, мята, лаванда и лимон. Это тебя освежит, – пояснила она, расстегивая его рубашку.

Раздев своего гостя, девушка скинула собственное одеяние.

– Ее величество желает, чтобы ты искупался перед тем, как предстать перед ней, – проговорила Хела, входя вместе с ним в воду.

Следующий час он провел, наслаждаясь работой ее умелых и нежных рук. Только когда девушка моет тебя, начинаешь понимать, что такое настоящее наслаждение. Окончательно разомлев, Тор позволил ей растереть себя полотенцем, лег на низкий стол… и познал еще час блаженства, пока она разминала его мышцы и умащала кожу благовонными маслами.

Наконец, Тор в последний раз нырнул в бассейн, чтобы смыть масло, которое не успело впитаться. Хела расчесала ему волосы, но позволила побриться самому. За все это время она не произнесла ни слова, и это тоже замечательно. Одевшись и поправив волосы, девушка улыбнулась и пригласила гостя следовать за ней.

Они снова шли по залам и коридорам. Внезапно Тор понял, куда попал. Вот лестница, которая ведет в покои королевы Сильвен… Но тут Хела распахнула дверь приемной, впустила юношу и удалилась. Тор уже знал, что королева ждет его на балконе.

Так оно и было. Когда он приблизился, правительница Кипреса обернулась. Ее взгляд был полон сожаления. Она была готова принести извинения.

– Позволь мне снять с тебя эти путы, – она подошла и развязала ему руки. – Могу я надеяться, что ты не сделаешь ничего неуместного?

– Например?

– Что ты не причинишь мне боли.

Эти слова задели его больнее, чем он ожидал.

– Сильвен… мы провели вместе чудесную ночь. Разве я могу причинить боль такой женщине?

Он заметил, как она сжала кулаки – так сильно, что ногти впились в ладонь.

Сильвен была бы рада отвернуться, чтобы скрыть слезы, которые наворачивались на глаза. Была бы жива ее бабушка, Сильвен не избежала бы порки за такую слабость перед мужчиной. Рука Тора нежно обвила ее талию, и от трепета этого прикосновения у нее сладко закружилась голова.

– Повернись, я развяжу ремешки на затылке, – произнесла Сильвен, испугавшись собственных чувств.

Тор подчинился. Он все еще был зол на нее, но… Сначала ему приснился Орлак, потом явилась Лисе, потом выяснилось, что его дети вот-вот прибудут в Сердце Лесов… После этого все прочее казалось не слишком важным. Единственное, что сейчас по-настоящему важно – это как можно скорее найти Клута, а Сильвен может оказаться ключом к его поискам. И чувства, которые она у него вызывает, только ему на руку.

– Подозреваю, ты на меня сердишься, Тор, – проговорила королева, медленно стягивая с его головы кожаную корону.

– Еще как.

– Но ты меня прощаешь?

– Конечно.

– В таком случае, я перед тобой в долгу.

Незримые оковы исчезли, и Тор почувствовал, что снова стал самим собой. Он призвал Цвета и ощупал пространство вокруг себя. Целый день он провел отрезанным от всего мира. И больше никогда не допустит, чтобы такое повторилось.

– Можно взглянуть? – спросил Тор и протянул руку.

Вещь, которую Сильвен отдала ему, напоминала обруч из мягкой кожи, украшенный тусклыми черными камнями.

– Что это, Сильвен?

Королева подошла к столику. Вино, сыр, фрукты и сладости…

– Посиди со мной, Тор.