И после этого ему предстоит несколько дней плыть по морю в обществе капитана Черной Руки и его трофеев, в душной тесной каюте, а куда – одному Свету известно… Злость требовала выхода, и Локки просто оказался под рукой.

– Извини, Тор… я не хотел сказать…

– Я знаю, что не хотел. Все в порядке. Не думай об этом, просто постарайся запомнить: если решил сказать про кого-то гадость, убедись, что человек того заслуживает.

– Обещаю. И еще раз: прости меня.

Локки тихо закрыл дверь, и Тор тут же пожалел о том, что случилось. Надо будет непременно помириться с Локки. В самом деле, не стоило перегибать палку… Но в голове уже завертелся хоровод мыслей. Что с Клутом? Что почувствует Элисса, узнав, что Гот жив? Куда бежал Инквизитор, где будет скрываться, пока он гоняется за Янусом Квистом? Тор снова и снова задавал себе этот вопрос. А Ксантия? Останется она с Готом или покинет его? Наконец, у Тора разболелась голова, и он решил выйти на палубу.

Там он обнаружил второго помощника капитана, который разговаривал с командой. Паруса «Осы» наполнял свежий ветер, который обычно поднимается после полудня. Это означало, что корабль быстро и легко пройдет по узкому проливу и окажется в открытом море. Привалившись к перилам, Тор вполуха слушал разговор. Через несколько дней «Оса» должна была бросить якорь у берегов одного из островов Трефельского архипелага, где ждал старший помощник с грузом рабов. После этого корабль отплывал в Кипрес – самый большой город на Чужестранных островах.

Меркуд рассказывал своему ученику о Кипресе. Строго говоря, этот богатый город был чем-то вроде маленького королевства, им правила королева Силвен. По слухам, королевы Кипреса держали во дворце невольников мужского пола. «Для особых услуг» – Тор помнил, как старик ехидно усмехнулся при этих словах. Как бы то ни было, Кипрес был сильным государством, которым правила сильная женщина, и заслуживал уважения, хотя с Таллинором почти не торговал.

– Похоже, будет шторм, – послышался голос помощника капитана. – Так что держите ухо востро.

Знакомый паренек – Тор уже знал, что это корабельный юнга Райк, – подошел поближе.

– До весны мы в море уже не выйдем, сударь.

Тор обернулся и пристально посмотрел на юнгу.

– Неужели?

– Капитан согласился поднять якоря, хотя погода не ахти, почтенный. Если надвигается шторм, мы стоим в порту и носа не высовываем.

– Неужели ради рабов он готов бросить вызов небесам Райк?

– О, дело не в рабах, почтенный. Дело в пассажирах. Госпожа Эйрина за вас хорошо заплатила, а еще у нас на борту есть особый гость. Я слышал, как Черная Рука говорил: этот человек отвалил столько денег, что хватило и нам заплатить, и припасов купить, и еще осталось.

Тут мальчик сообразил, что сболтнул лишнего, и его глаза округлились. От него может быть толк, подумал Тор. Главное – не заставлять его считать деньги в капитанском сундуке.

– А этот человек… – он поспешил сменить тему разговора, – его тоже пригласили к ужину?

– Нет, почтенный. Пока мы на море, его велено не беспокоить. Мне поручили ему прислуживать, сударь, – важно добавил юнга. – Вот как.

– Понятно. Важное дело тебе поручили, Райк. Должно быть, это очень важное лицо, раз ему так стараются угодить.

Райк широко улыбнулся.

– О да. Это праведный отшельник. И денег у него много.

– Можешь сказать своему праведнику: если ему наскучит уединение и захочется поговорить о погоде, я к его услугам.