Бесс стала слабо протестовать, но он заверил, что у нее все получится. Они остановились в хвосте колонны, вытянувшейся у КПП. Спереди стоял грузовик, набитый живыми цыплятами, и каждый порыв ветра разносил во все стороны грязный пух и тошнотворный запах. Капитан подумал, что через несколько минут девушке предстоит выдержать серьезное испытание. Он спрятал повязку и надел большие темные очки, как у авиатора на заре воздухоплавания. Солдаты уже занялись проверкой машины с птицей. Они заставили выйти из кабины водителя и обыскали его с головы до ног. Фрост старался запомнить процедуру проверки и численность солдат. Всего на КПП находилось шесть человек — двое занимались непосредственно проверкой, четверо помогали им и направляли к выезду транспорт, прошедший контроль. Они также занимались немногочисленными пешеходами. Хэнк подумал, что если бы он руководил работой поста, то выделил бы отдельную полосу для военных машин. Но от этих мыслей грузовик с цыплятами, стоящий перед джипом, не стал двигаться быстрее.

Наконец, тот прошел проверку и Фрост подъехал к шлагбауму. К нему подошел капрал и отдал честь.

— Я — капитан Хэвеншир из второй бригады, — резко бросил Хэнк, — а это — дочь полковника Чапмана. Ты, наверное, видел ее фотографию у него на столе.

Ему особенно понравилась последняя фраза, она показывала, что он сам лично знаком с полковником и льстила самолюбию капрала, ставя его вровень с офицером.

— Так точно, сэр. Добро пожаловать, мадемуазель, — повернулся молодой капрал к Бесс.

Фрост искоса взглянул на нее и услышал, как та что-то отрывисто ответила, как будто по-немецки. Наверное, говорила о том, как она счастлива, что скоро встретится с отцом. Явно не поняв ни слова из выданной тирады, капрал сделал шаг назад и козырнул. Стоящий рядом солдат тоже отдал честь. Капитан небрежно кивнул в ответ и наступил на педаль газа.

Въехав в город, он повернулся к Бесс:

— А я и не думал, что ты знаешь немецкий.

— Я его не знаю, — засмеялась та в ответ, — Мой дедушка говорил дома на идиш, вот я и решила, что по интонации этот язык может сойти за немецкий.

Капитан расхохотался:

— Хорошо, что этот трюк прошел, но больше его не повторяй. Среди наемников, которые служат здесь, есть много немцев. Несколько старших офицеров даже служили в СС во время войны.

— О, они влюбятся в меня с первого взгляда, — пошутила Бесс, — ведь я еврейка.

— Еврейка? Это будет очень интересно, особенно в том месте, куда мы едем, — загадочно проговорил Фрост.

Капитан бывал до этого в Буванди несколько раз и знал город довольно хорошо. Кроме того, он помнил карту, которую изучил раньше, поэтому быстро нашел нужный ему в столице адрес. Он припарковал джип перед каким-то складом и они с Бесс стали пробираться узкими переулками с четверть мили, пока не остановились у сравнительно нового магазинчика. Хэнку пришлось барабанить кулаком не одну минуту, пока, наконец, тяжелая железная дверь приоткрылась, и из узкой щели донесся тонкий голос:

— Кто там?

— Это магазин Ахмеда Бензади, торговца драгоценностями? — спросил Фрост.

— Подождите, пожалуйста, — ответил тот же голос. Через несколько секунд дверь открылась на цепочке, и показалось усатое луноподобное лицо.

— Да, сэр. Чем могу вам помочь? В магазин можно пройти через переднюю дверь, она открыта.

Капитан снял очки и прикрыл рукой левый глаз.

— Не узнаешь?

— Хэнк Фрост? Слава аллаху! А я слышал, что ты погиб. Заходи, дорогой.

Капитан пропустил вперед девушку, и они очутились в маленькой и темной комнатке, заставленной картонными коробками. Гости проследовали за маленьким толстым хозяином, который повел их не в магазин, а на второй этаж по узкой деревянной лестнице.