Орк попытался достать паладина топором, но промахнулся. Данкан всего лишь раз взглянул на него, а затем, казалось, навсегда забыв о своем уродливом противнике, начал медленно отползать. Неуклюжие попытки дракона сбросить рыцаря ни к чему не приводили.

— Он сумасшедший! — прокричал Ронин.

— Нет, он — воин!

И лишь увидев, как Данкан, сидя верхом на шее дракона, одной рукой достает свой меч, Ронин понял, почему ответ Молока прозвучал так торжественно. Следом за рыцарем полз орк, его красные глаза кровожадно сверкали.

— Мы должны что-то предпринять! Надо подлететь ближе! — потребовал Ронин.

— Слишком поздно, человек!

Дракон больше не предпринимал попыток скинуть рыцаря, явно опасаясь, стряхнуть заодно и своего наездника. Орк двигался увереннее Данкана и вскоре приблизился к нему на расстояние удара.

Рыцарь оказался практически у самого затылка чудовища. Он высоко поднял меч, намериваясь вонзить его в основание черепа дракона.

Но орк нанес удар первым.

Топор вонзился в спину рыцаря, прорвав тонкую кольчугу, которую тот надел для перелета через море. Данкан, не издав ни звука, повалился вперед и едва не упустил меч. Он опять направил свое оружие в цель, но сил явно не хватало.

Орк снова занес над головой топор.

Ронин послал первое пришедшее на ум заклинание.

Яркая вспышка ослепила орка, он завопил от неожиданности и повалился назад, потеряв оружие, а заодно и равновесие. В отчаянии орк пытался уцепиться за чешуйчатую шею дракона, но не смог и, в конце концов, сорвался вниз.

Колдун с тревогой взглянул на паладина. Они встретились глазами, и Ронину показалось, что во взгляде рыцаря читаются благодарность и уважение. Темно-красное пятно на спине рыцаря становилось все больше, но ему все-таки удалось выпрямиться и занести меч над шеей дракона.

До дракона, наконец, дошло, что больше нет смысла оставаться неподвижным, и он начал снижаться.

В это мгновение лорд Данкан Сентерес вонзил меч в основание его черепа. Клинок наполовину ушел в мясо.

Дракон забился в конвульсиях, из раны хлынула кровь. Она была настолько горячая, что ошпарила Сентереса и тот, не удержавшись, соскользнул вниз:

— Проклятие! За ним! — кричал Ронин Молоку. — Скорее!

Карлик подчинился, но Ронин понимал, что им уже не спасти Данкана. Он увидел, что с противоположной стороны к ним стремительно приближается еще один грифон. Фолстад и Вериса. Даже с лишним-седоком предводитель наездников не терял надежды помочь рыцарю.

В какой-то момент даже показалось, что им это удастся. Грифон Фолстада приблизился к раскачивающемуся на шее дракона рыцарю. Данкан поднял голову и посмотрел сначала на Ронина, потом на Фолстада и Верису.

Он покачал головой… повалился вперед, а потом скатился с шеи левиафана.

— Нет! — закричал Ронин, протянув руку к стремительно удаляющейся фигуре. Маг понимал, что лорд Сентерес уже мертв и падает его труп, но эта картина всколыхнула воспоминания о потерянных товарищах. Его страхи были не напрасны, он потерял одного из тех, кто пошел с ним, пусть даже Данкан сам настоял на своем участии в операции.

— Осторожно!

Крик Молока вернул Ронина к реальности. Встряхнувшись, он поднял голову и увидел, что дракон, несмотря на смертельное ранение, все еще держится в. воздухе. Огромное красное чудовище крутилось вокруг своей оси ибеспорядочно молотило крыльями. Фолстаду на грифоне удалось отскочить на безопасное расстояние, а вот Ронин слишком поздно понял, что на этот раз им с Молоком не избежать столкновения.

— Наверх, чертово животное! — орал Молок.