И это было ужасно. Кэтрин чувствовала, что ей уже не хватает обычных каждодневных разговоров с ним, ей хотелось большего. Хотелось прижаться к его крепкому мускулистому телу, ощутить на губах вкус его поцелуев. Хотелось позволить ему раздеть себя, почувствовать теплоту его кожи, замереть от его прикосновений. Она невероятно смущалась, когда вдруг в середине разговора ловила себя на том, что совершенно не понимает, о чем он говорит, потому что не может оторвать глаз от жесткого контура его губ.

Кэтрин с трудом удерживалась, чтобы не коснуться пальцами его загорелой щеки, не провести рукой по широкой шее. Ей становилось труднее с каждым днем вести себя с ним как раньше, в самом начале знакомства.

И она отвратительно себя чувствовала. Она считала, что подобные эмоции может испытывать только очень дурная, распущенная женщина. А ей положено было покорно ждать, когда на ее палец с согласия отца и при соответствующих условиях будет надето тяжелое золотое кольцо, после чего она немедленно воспылает любовью к мужу.

В реальности все оказалось совсем не так. Отцовским благословением вкупе с обручальным кольцом и не пахло, а она таяла от одного взгляда Рональда и не понимала, почему он так отстраненно ведет себя…

— Добрый день, Кэтти, — услышала Кэтрин однажды, подняв трубку настойчиво дребезжащего телефона.

Ее сердце екнуло и забилось. Звонил Рональд.

— Привет, — тихо ответила она, стараясь не заикаться. Совсем не обязательно ему знать, что у нее голова кругом идет от его бархатного голоса.

— Как ты смотришь на то, чтобы прогуляться сегодня вечером по городу?

Кэтрин уже неоднократно слышала подобные приглашения из его уст и охотно принимала их. Они с Ронни исследовали множество интересных мест в Чикаго, о существовании которых девушка даже и не подозревала. Тем не менее, она каждый раз волновалась, когда Рональд звал ее куда-нибудь. Ведь это значит, что она ему небезразлична?

Кэтрин сходила с ума при одной мысли о том, что Рональд Мессер серьезно интересуется ею…

Иногда ее так и подмывало спросить Рональда, зачем он почти каждый день приезжает в Эскотт-Хауз и возит ее на прогулки, но она не осмеливалась. Сомнения терзали ее. Вдруг ему просто нечего больше делать? Разве такой мужчина может проникнуться к ней симпатией? Ей казалось это невероятным.

Кэтрин жила как в бреду. Она не замечала ничего вокруг, весь день думала только о Ронни, а в его присутствии теряла дар речи.

Джордж Эскотт не сразу отреагировал на поведение Кэтрин, хотя видел, что она сильно изменилась. Эскотт Стилворкс переживала не лучшие времена, и он проводил почти все время на работе, появляясь в Эскотт-Хаузе лишь в выходные. Рэйчел также не ставила мужа в известность о том, что неприятный ему Рональд Мессер ухаживает за Кэтрин. А уже в том, что Ронни именно ухаживает, она не сомневалась.

Рэйчел приходилось несладко. Пожалуй, она одна была способна трезво оценить ситуацию, и то, что она видела, ей совсем не нравилось. Вместо того, чтобы возобновить отношения с ней, Рэйчел, Рональд принялся обрабатывать глупышку Кэтрин.

Жгучая ревность терзала Рэйчел днем и ночью. Порой страдания становились настолько невыносимыми, что она порывалась подойти к Кэтрин и выложить ей все начистоту о прошлом Рональда и его истинных намерениях насчет нее, но что-то ее всегда останавливало.

Надо подождать, что из всего этого получится, злобно думала Рэйчел, наблюдая, как Кэтрин и Ронни садятся в его машину. Эскотту и его гордячке-доченьке неплохо получить небольшой урок. Кэтрин еще наплачется из-за этого подлеца, но я и пальцем не пошевелю, чтобы помочь ей…

По пути в город Рональд хранил молчание. Кэтрин была немного напугана — обычно он развлекал ее всю дорогу.