Так как уровень воды в озере был очень высоким из-за дождей, большая часть причала оказалась затоплена. Сабах прикинул, что до естественного русла Нила сотни футов бетона. По сигналу Сабаха грузовики стали сползать к воде. Водители не спешили, внимательно следя за происходящим через зеркала заднего вида.

Когда автомобили начали пятиться по причалу, Сабах достал из кармана пульт радиоконтроля. Он вытянул антенну, нажал на выключатель, а потом надавил первую красную кнопку. В кузовах всех пяти автомобилей магнитные замки крышек желтых бочек разом распахнулись. Под давлением крышки выскочили из пазов и отлетели в сторону.

Зеленый огонек сообщил Сабаху, что команда активации прошла успешно.

Серебряный песок микроботов ожил, заклубился вихрями, словно в бочках были спрятаны змеи, которые теперь поползли наружу.

Не видя, что происходит в кузове их машин, водители продолжали съезжать к краю причала, предоставив гравитации делать всю работу за них. Никто из них раньше не делал ничего подобного, и теперь они даже не подозревали, во что оказались втянуты.

Несколько секунд Сабах наблюдал за их действиями. Осторожность, с какой они действовали, нравилась ему. Это означало, что на него они особого внимания не обращают.

— Хорошо, — пробормотал он, нажимая вторю красную кнопку.

Дверцы кабин всех грузовиков щелкнули, намертво зафиксировавшись, окна поднялись, оставив лишь небольшие щели, и тоже застыли в положении «закрыто». Щелчки замков и движение стекол испугали водителей.

Через мгновение из заранее установленных канистр в кабины хлынул хлороформ. У тех, кто оставался в кабинах, была секунда или две. Никто из них не сумел выбраться. Одному из водителей удалось наполовину опустить стекло, а потом он без сознания рухнул назад на сиденье.

Сабах нажал третью кнопку. Грузовики взревели и начали быстро сдавать назад, врезаясь в воду, словно стадо гигантских бегемотов.

Двигатели этих грузовиков были модифицированы: к ним были добавлены дополнительные воздухозаборники, замаскированные под выхлопные трубы, поднимающиеся над кабиной. Когда Сабах активировал подачу хлороформа, основные воздухозаборники были заблокированы, а дополнительные пришли в действие, позволив моторам работать даже после того, как сами грузовики скрылись под водой. Колеса продолжали крутиться, толкая грузовики к краю причала, а потом дальше в воду, по камням и гравию.

Грузовики, словно пальцы гигантской руки, все глубже погружались, исчезая под водой один за другим. Наклон каменистого дна позволял им катиться все дальше и дальше даже после того, как их двигатели захлебнулись. Когда грузовики наконец остановились, они были в тридцати футах под водой и на расстоянии сто пятьдесят футов от берега.

Лежавшие без сознания водители утонули. И если даже их когда-нибудь обнаружат, их примут за египетских радикалов. Никто не станет связывать с этим инцидентом ни Сабаха, ни Джинна — никто, кроме генерала Азиза, которому придется держать рот на замке и ничего не останется, как вернуться за стол переговоров.

Когда вода успокоилась, Сабах нажал последнюю кнопку на своем пульте. В полумиле от места погружения машин, на стене плотины, два отдельных устройства стали выдавать сигналы самонаведения.

Размером с небольшие чемоданы, внешне напоминающие механических крабов, эти устройства были размещены на плотине аквалангистами сорок восемь часов назад. Одно из устройств располагалось под самой кромкой воды, а второе вцепилось в наклонную стену плотины на семьдесят футов ниже.

Если водолазы сделали свою работу должным образом, то десятифутовые стартовые отверстия во внешней стене плотины уже проделаны и партия микроботов, оставленных в этих «крабах», вовсю занята их расширением.

Большая партия микроботов, доставленная на грузовиках, приплывет на зов «крабов» и многократно ускорит процесс.