— Гм! — заметил Джон Брайт. — Индейцы! Неприятная встреча. Спрячемся за кустарник и посмотрим, что им надо.

— Позвольте, отец, — возразил молодой человек, — я думаю, это будет лишней предосторожностью.

— Почему так, мальчик?

— Среди них две женщины.

— Это ни о чем не говорит, — сказал скваттер, сделавшийся чрезвычайно осторожным после нападения краснокожих. — В этих проклятых племенах, как тебе известно, женщины сражаются не хуже мужчин.

— Положим, но теперь они распустили в знак мира бизоновую шкуру.

— Ты прав, мальчик, — промолвил скваттер немного погодя, — подождем их здесь… к тому же, если не ошибаюсь, я вижу среди них старую знакомую.

— Женщина, которая спасла нас, не правда ли?

— Именно она. Странная встреча, ей-Богу! Бедняга! Я рад ее видеть.

Спустя десять минут всадники уже подъехали к ним. После первых приветствий заговорила Волчица.

— Узнаете вы меня, Джон Брайт? — осведомилась она.

— Конечно, узнаю, достойная женщина, — ответил скваттер с чувством. — Хоть я и видел вас недолго и при страшных обстоятельствах, но помню вас очень хорошо и с сердечной признательностью; будьте спокойны, у меня одно желание, чтобы вы доставили мне случай доказать вам это на деле.

Удовольствие блеснуло во взоре Волчицы.

— Вы говорите искренне? — спросила она.

— Испытайте меня, — ответил Джон с живостью.

— Хорошо, я не ошиблась в вас, теперь я радуюсь тому, что сделала, когда вижу, что оказанная мной услуга не упала на неблагодарную почву.

— Говорите, что мне делать.

— Не здесь; мне надо сообщить вам нечто очень важное, это потребует долгих объяснений, а здесь вовсе не место для беседы.

— Хотите заехать ко мне? Там нам никто не помешает.

— Если вы позволите.

— Как! Если позволю, достойная женщина?! Разумеется, мой дом и все, что в нем находится, с хозяевами в придачу, в вашем распоряжении.

Маргарет грустно улыбнулась.

— Благодарю, — сказала она, подавая ему руку. Джон Брайт радостно пожал протянутую руку.

— Так пойдемте, — сказал он, — здесь нам больше нечего делать.

— Поедем, — ответила Маргарет.

Они поскакали по направлению к стану.

Ехали молча, каждый был поглощен собственными мыслями и не думал заговаривать со спутниками.

До стана оставалось уже совсем небольшое расстояние, когда они вдруг увидели человек двадцать верхом, по-видимому охотников, которые выезжали из густого леса, тянувшегося направо от дороги.

— Это еще что? — вскричал в изумлении Джон Брайт, притянув поводья, чтобы остановить лошадь.

— Эге! — заметила Волчица, не отвечая скваттеру. — Француз поторопился…

— Что вы хотите сказать?

— Потом все объясню, теперь же примите этих добрых людей, да порадушнее.

— Гм! Пожалуй, отчего бы и не принять, — заметил Джон Брайт с некоторым недоверием. — А все-таки мне надо знать сперва, кто они и что им здесь нужно.

— Это такие же американцы, как и вы, Джон Брайт; я потребовала их у коменданта форта, где они несут службу в гарнизоне, и он прислал их сюда.

— О каком форте и о каком гарнизоне вы говорите, почтенная женщина? Клянусь честью, я ничего не понимаю!

— Как! Вы до сих пор не знаете ваших соседей?

— У меня есть соседи? — с неудовольствием вскричал скваттер.