– Ясно, – сказала Минди с еле заметной улыбкой и кивнула. – Может, набросаете мне адресок?

Кэнди схватила блокнот, ручку и набросала.

– Еще был номер кабинета, оператор пробовал звонить и туда тоже, – сказала Минди. – Может, попробуете еще раз, раз я здесь. В каком он… отделе? – Она оглянулась на мраморный холл, мягкие красные кресла для обитателей холла и тоненькие вены финального акта заката, крадущиеся по черноте стен.

– Перевода, – сказала Кэнди не поднимая глаз.

– Перевода?

– Детского питания, – сказала Валинда Пава, похлопала подведенными зеленым глазами на Миндин меховой жакет и вернулась к налоговой отчетности.

– Детского питания?

– Нинада, – мурлыкнула Кэнди в Валиндино ухо. Выпрямилась и подпихнула адрес Тиссоу по стойке к Минди.

– И я бы позвонила ему в кабинет, раз уж вы здесь, но я случайно знаю, что он не там. – Кэнди улыбалась. – Он ушел с работы после общего собрания Центра, около трех пополудни. Но я более-менее знаю, где он будет вечером.

– Неужто.

– Он пойдет в бар «Островок Гиллигана» со старинным другом смотреть религиозное ТВ.

Минди сложила адрес Ланга в реально красивую сумочку от «Этьен Айгнер» . Защелкнула и подняла глаза.

– Религиозное ТВ? Энди?

– Смотреть одну… В этой программе участвует попугай, принадлежащий моей подруге, и мистера Ланга тоже, – сказала Кэнди. – Вечером мы все будем смотреть попугая.

– Попугай? Энди будет смотреть попугая по религиозному ТВ?

– «Островок Гиллигана» – на другой стороне Эривью-Плазы, если глядеть отсюда, – сказала Кэнди, указывая в верном направлении через вращающуюся дверь холла. – Найти легче легкого. Внутри большие цветные статуи.

Минди опять уставилась на фиолетовое платье. Глянула в Кэндины круглые глаза.

– Мы встречались? – спросила она.

– Нет, не встречались, не думаю. – Кэнди потрясла головой, потом ее запрокинула. – А что?

– Не уверена. Не хочу показаться невежливой, но я точно знаю, что это платье уже видела.

– Это платье? – Кэнди оглядела себя. – Это невероятно древнее платье. Оно раньше принадлежало моей подруге, той самой владелице попугая, о котором я только что говорила. Вы знаете Линор Бидсман?

Консоль загудела.

– Погодите-ка, – сказала Кэнди. – Вы упомянули Линор по телефону, когда я с вами говорила. – Минди на нее только зыркнула. Валинда поползновений взять трубку не делала. Кэнди наклонилась принять звонок. Частое мерцание, внутренняя связь. – Оператор, – сказала она.

Минди вдруг перегнулась через стойку кабинки и рассмотрела оборудование.

– Это же «центрекс», – сказала она Валинде. – Это «центрекс»?

Валинда подняла глаза и вновь прищурилась.

– Он.

– Когда я училась, моя соседка по комнате подрабатывала телефонисткой, в колледже, в Массачусетсе, и иногда я по ночам читала за консолью, составляла ей компанию. У них был «центрекс».

– Двадцать восьмой?

– Вот понятия не имею.

– М-м-м-м.

Кэнди разъединилась и выпрямилась.

– Ну, это был только начальник мистера Ланга, на линии, миссис Ланг. Он спускается за газетой, начальник. – Кэнди махнула рукой в сторону основательно зачитанного выпуска сегодняшнего «Честного дельца» на сером пластмассовом чехле печатной машинки.