Разговор стал напоминать тот, который состоялся у Николаса с Томкиным на прошлой неделе.

— По последним разведданным, на каждом из Курильских островов размещено не менее двух советских пехотных дивизий. Двадцать восемь тысяч солдат. И на одном из них находится советский командный пост, координирующий действия этих сил. — Минк подался вперед. — Процесс координирования их действий наблюдался со времени прибытия новых “МиГов”. Но я лично не думаю, чтобы он был связан с использованием сверхзвуковой техники. Их ввели только как защиту против наших Ф-20.

Если наши разведданные — а мы получаем их все больше и больше — нас не обманывают, то все гораздо серьезнее. Проверка подтверждает, что на этом участке сконцентрировано значительное количество военной техники, причем за довольно короткое время. — Минк отхлебнул сока. — И теперь мы чувствуем, что это наращивание военного присутствия — часть специальной военной программы по созданию мощного военного заслона в этой части земного шара, под защитой которого русские подлодки с оснащенными ядерными боеголовками баллистическими ракетами, способными достичь американского побережья, смогут действовать безо всякого опасения.

Николаса кинуло в дрожь.

— То, о чем вы говорите, безумие! Полный маразм. Мы все погибнем в этом случае, все без разбора. Вымрет три четверти человеческой расы. — Он покачал головой. — Я не могу в это поверить. Даже динозавры были разумнее.

— У динозавров не хватило ума, чтобы расщепить атом, — усмехнулся Минк. — Так что советую вам положиться на нашу информацию. — В глазах Минка зажегся задорный огонек. — Она абсолютно надежна.

Некоторое время Николас молчал. Снаружи доносился шум поливальных автоматов, напоминающий стук дождевых капель.

— Безусловно, это совершенно секретный материал, — сказал он наконец. — Но вот вы сообщили ее мне, человеку штатскому. Почему?

Минк поднялся, по-журавлиному выпрямив ноги. Он стоял у стеклянных дверей, опершись рукой о белый деревянный косяк и, казалось, целиком ушел в созерцание листвы.

— Советский Комитет госбезопасности, сокращенно КГБ, разделен на девять управлений, — начал он. Тембр его голоса изменился, и Николасу показалось, что мысли его далеко отсюда. — Каждое управление имеет специфические функции. Например, Первое управление занимается внутренними делами. Если вы попали в Россию и дали понять сотрудникам этого управления, что готовы пойти на вербовку, в один прекрасный момент вы вдруг окажетесь в желтом кирпичном здании на площади Дзержинского. — Минк помолчал, поглощенный собственными мыслями, потом продолжил: — Четвертое управление курирует все операции по Восточной Европе, Шестое занимается Северной Америкой, Седьмое — Азией. — Он круто обернулся к собеседнику. — Думаю, в общих чертах вам ясно: Курилы, благодаря тесному соседству с Японией, находятся и всегда находились в ведении Седьмого управления.

Минк пересек комнату и стал рядом с Николасом. Он был так возбужден, что не мог усидеть на месте.

— Дней десять тому назад один из моих молодых дешифровщиков разгадал новый советский шифр “Альфа-3”. Шифры меняются еженедельно, так что объем полученной информации не так уж и велик. Однако он работал над “Альфой-3”, потому что с его помощью передаются только сообщения наибольшей важности.