Ларк в изумлении уставилась на жениха. Ее словно осенило: прежде Эвенелу благодаря поцелуям всегда удавалось заставить ее поступать так, как он хотел. Зная, какой властью над ней обладают его губы, Эвенел пользовался этим.

— Но ты будешь советоваться со мной? Хотя бы изредка? — с надеждой спросила она.

— Ну, это совсем другое цело.

— Вовсе не другое. Похоже, ты заранее убедил себя, что мое мнение не представляет особой ценности!

— Ты прекрасно знаешь, что это не так. Я ценю твое мнение, и, похоже, куда больше, чем ты — мое. Впрочем, у меня нет желания развивать эту тему. Мы поговорим потом — когда ты немного укротишь свой нрав и как следует обдумаешь мои слова. — Эвенел поднялся со скамьи, прихватил свою книгу и не оглядываясь пошел прочь.

Ларк вдруг поняла, что совсем не знает Эвенела. Еще меньше она представляла себе совместную жизнь с ним. Прежде она пребывала в приятном заблуждении, что их брак станет союзом равных партнеров, которые, решая важные вопросы, будут непременно советоваться и относиться друг к другу с должным уважением. Ларк считала, что она ни в чем не уступает Эвенелу, а в умении владеть оружием даже превосходит его. По этой причине притязания жениха на первенство несказанно удивили ее.

Что ж, придется преподать ему урок и показать, что его поцелуи вовсе не так сильно кружат ей голову, как он, вероятно, предполагает. Все это в прошлом; теперь же в жизнь Ларк пошел Стоук, и она узнала, что такое настоящая страсть.

Ларк бросилась на колени рядом с грядкой с ноготками и вознесла покаянную молитву Святой Деве. Как только она посмела испытывать греховные чувства к человеку, который должен в скором времени стать мужем ее сестры?

Помолившись, она принялась за дело: рыхлила грядки и выдергивала сорняки, надеясь изгнать из памяти образ Стоука и обратиться мыслями к Эвенелу. Увы, даже чернозем, который Ларк вскапывала и перетирала в пальцах, заставлял ее снова и снова вспоминать темные глаза лорда Блэкстоуна.

Глаза Стоука, неотступно преследовавшие Ларк, исчезли лишь после того, как она засеяла несколько новых грядок. Не успела она перевести дух, как услышала голоса. Ларк метнулась в глубь сада. В следующее мгновение сердце у нее упало, а руки похолодели. В сад входили Элен и Стоук.

— Ума не приложу, куда запропастилась Ларк, — промолвила Элен. — Она говорила, что будет в саду. Я очень хотела, чтобы сестра присоединилась к нам. Если бы ты, милорд, сказал ей несколько добрых слов, это ее очень ободрило бы.

— Думаю, твоя сестра сейчас занята устройством какой-нибудь каверзы, — сказал Стоук. — Она ведь любит мучить людей.

Услышав эти слова, Ларк криво улыбнулась.

— О милорд, что ты говоришь! У сестры нет таких дурных наклонностей. Напротив, она помогает людям. Ты только посмотри на этот сад и на эти грядки. Ларк сажает здесь лечебные растения, а потом делает из них микстуры и бальзамы и лечит всех. К примеру, не так давно она ходила в деревню к одному мальчугану, который сломал руку, и ухаживала за ним.

— Что-то не очень хорошо представляю себе твою сестру в роли целителя.

— И зря! Ларк — удивительный лекарь. Я ходила вместе с ней в деревню и видела, как она накладывала лубок на сломанную руку. Правда, мне тут же стало плохо, но сестра ничего… не ругала меня. Просто сказала, чтобы я вышла на воздух.

— Как это мило с ее стороны.

Ларк выглянула из-за дерева, чтобы взглянуть, что поделывают сестра и ее суженый. Блэкстоун стоял рядом с Элен и смотрел ей в глаза.