— Как на подлую интриганку, укравшую тебя у их прекрасной землячки? Если бы только они знали правду! — усмехнулась Леони.

— Так расскажи им. — Голос ничем не выдавал настроения Видалла, но его глаза вспыхнули от неудовольствия. — Что тебя останавливает?

— И подставить отца под удар? Едва ли я смогла бы пойти на такое.

— Тогда перестань вести себя подобным образом, — посоветовал он. — Я говорил, что пойду на все, чтобы быть рядом с тобой.

— Полагаю, я должна быть польщена, — съязвила Леони, с вызовом посмотрев в глаза мужа.

— Верно, — ответил он серьезно.

Они стояли в тени деревьев, и ни один не хотел уступать. Люди, проходившие мимо, все без исключения смотрели на них, кто-то с одобрением, кто-то без. Леони улыбнулась женщине с ребенком на руках, но та лишь поджала губы и быстро прошла мимо. Сторонница Катерины, с грустью подумала девушка. Надо бы сблизиться с Катериной и узнать, что она на самом деле чувствует к Видаллу, заключила она.

— Мне было бы спокойнее, если бы все это поскорее закончилось и мы смогли вернуться домой, — вздохнула Леони неожиданно для самой себя.

— Ты уже считаешь Синтру домом? — улыбнулся Видалл.

— Это твой дом, — парировала девушка. — Мне придется называть его так же.

— В этом нет необходимости. Это всего лишь здание.

— Хочешь сказать, ты был бы счастлив жить где угодно? — изумленно спросила Леони.

— Только рядом с тобой. Если бы тебе не понравилось в Синтре, мы бы могли жить где угодно.

Некоторое время Леони смотрела на Видалла, пытаясь понять, зачем он говорит все это.

— Мой дом всегда был в Англии, произнесла она наконец. — И всегда будет.

— Всегда — это слишком долго.

Время ничего не изменит, подумала Леони. Здесь, в Португалии, я всегда буду чужой.

Позже, когда они уже посмотрели традиционный для местных праздников парад и поели в уютной таверне на окраине, Видалл пригласил ее посмотреть на виноградники.

Они гуляли по бескрайним зеленым просторам, наслаждаясь предзакатными лучами солнца. День пролетел очень быстро. Настало время возвращаться в замок.

В этот вечер они обедали вчетвером. Потребовал ли того от жены сеньор Сантос или нет, но она спустилась к обеду вместе со всеми. И даже поговорила с Леони.

— Ты должна надеть платье на церемонию, — заметила женщина, оглядев шелковый брючный костюм Леони. — Но только не белое. Простое кремовое платье отлично подойдет. Если конечно, у тебя есть что-то подобное.

— Думаю, да, — заключила Леони. — В Цюрихе я купила платье от Версаче, полагаю это как раз то, что нужно. Оно как раз простое, классическое. А что насчет языка? Если все будут говорить по-португальски, как я должна буду отвечать?

— Я запишу тебе все возможные ответы, — вступил в разговор Видалл. — Ты без труда выучишь их. Не переживай.

Леони сомневалась в этом. Одним людям иностранные языки давались легко, другим нет. И девушка относила себя ко вторым.

— Кажется, ты был прав, говоря, что твоя мать со временем привыкнет к мысли, что мы женаты, — предположила Леони, оставшись с Видаллом наедине. — Она была даже приветлива со мной сегодня.

— Отец не позволил бы ей ничего другого.

— Хочешь сказать, твой отец заставил ее? — удивилась Леони. — Хотя ничего удивительного. Яблоко от яблони недалеко падает.