Через час запыхавшийся Барри вбежал в дом.

– Мама!

– Я здесь. – Елена вышла к лестнице. – Тебе понравилось? – Она сама видела, что понравилось. В волосах запуталась солома, мордашка сияла. – Сколько там было котят?

– Три. – Он взбежал по лестнице. – Но собака… Мак. Он перевернулся на спину и позволил мне почесать ему пузо.

– Какая честь. – Она улыбнулась и обняла его. – Похоже, ты сам не один раз там перевернулся.

– Мы с Галеном боролись в соломе, он забросил меня на самый верх кучи. Потом я уже не мог бороться, так смеялся. Он сказал, что будет готовить на ужин утку с апельсинами и что я могу помочь. Я никогда такого не ел.

– Конечно.

– Мне нужно торопиться. Где ванная? Он сказал, что не разрешит мне ничего касаться в кухне, если я сначала не вымоюсь.

Она кивнула в сторону их спальни.

– Ванная там. – Она прошла за ним в комнату и показала на дверь в ванную. – Я достану тебе чистую одежду. Твоя спальня за этой дверью. Комнаты смежные.

– Здорово, – заметил Барри с отсутствующим видом. – Мне надо вымыть голову. Гален сказал, что выгонит меня, если заметит хоть одну соломинку. Ты мне поможешь?

– Конечно. – Имя Галена не сходило с его уст. – Я позабочусь, чтобы ты был в порядке. Тебе нравится Гален?

– Очень. С ним все… по другому.

Он хотел сказать – интересно. Барри, должно быть, думает, что Гален нечто вроде волшебника? Он летал с ним по воздуху, потом стоял перед окном, из которого был виден весь город. Теперь он дал ему то, о чем мечтает каждый ребенок, – собаку, котят и сеновал.

Он с тревогой наблюдал за ней:

– Тебе ведь он тоже нравится, правда?

Одно слово – и она может настроить его против Галена. Его восхищение может стать опасным. Может, Гален и волшебник, но после нескольких занимательных трюков он исчезнет, оставив Барри в пустоте одного. Но разве она могла произнести это слово, если Галену удалось без всякой помощи избавить Барри от страха и неуверенности, которые она чувствовала в нем после событий на виноградниках? Она у него в долгу, черт побери.

– Почему он не должен мне нравиться? – спокойно спросила она. – Ведь он собирается научить тебя готовить для меня изысканный ужин.

– Пойдем, молодой человек. Время спать. – Доминик встал из за стола. – Ты упадешь лицом в этот шоколадный мусс, если не перестанешь кивать головой.

– Устал… – Барри встал и зевнул. – Знаешь, я помогал мешать этот шоколад.

– Ты уже обращал на это наше внимание, – заметил Доминик. – Несколько раз. – Он повернулся к Галену: – Замечательный ужин. Никогда не ел ничего вкуснее даже в лучших ресторанах Майами.

– Разумеется, – ответил Гален. – Я же говорил, я отменный повар.

Джадд Морган фыркнул:

– Что то здесь становится душно. Пойду на свежий воздух.

– И оставишь меня с грязной посудой?

– Я помогу, – предложил Барри.

Гален покачал головой:

– Я считаю, что каждый должен делать свое дело. Ты свое сделал. Теперь по плану тебе полагается утром помогать мне готовить омлет на завтрак.

Барри снова зевнул.

– Ладно.

– Пошли, – поторопил его Доминик. – Ты сейчас заснешь, а мне уже тяжело таскать тебя, такого большого, вверх по лестнице.

Елена дождалась, когда Барри с Домиником выйдут из столовой, и встала.

– Я помою посуду.

Морган покачал головой:

– Моя обязанность. Гален готовит, я мою посуду. – Он начал собирать тарелки. – Хотя, если бы он не купил эту замечательную посудомоечную машину, я бы воспользовался вашим предложением.