– У каждого есть своя струна, звучащая в унисон с душой. Только найти её сложно. Я слышал, что барон Ратай ненавидит колдовство и всех, кто использует его. И жестоко карает отступников. Есть у меня знакомый человечек в замке Ратая, которого я держу за... в общем, он выполнит с превеликим удовольствием ваш приказ. А мы вроде бы и не при чём будем. Благое дело сделаем: и колдовство пресечём, и от наёмника избавимся. А там, глядишь, доберемся до Ратая и его земель.

– Кто этот человек?

– Палач Тит, – просто и без эмоций ответил Ивар.

– Фу, мерзость, – брезгливо поморщился барон, но план не отверг. Кто бы ни был помощником, возможность разделаться с давним врагом и прибрать к рукам плодородные земли упускать глупо.

Вешняк задумчиво кивнул, а потом расхохотался, откинувшись на спинку стула, и стукнул кулаком по столу. Зазвенела, подпрыгнув, посуда, несколько капель красного вина упали на свежеструганные доски стола и растеклись, образуя узор вокруг тушки растерзанной утки.

Вешняк удивленно поглядел на странное зрелище. Он не помнил, как и когда утка оказалась на столе, а не на блюде. Ему вдруг показалось, что кровь сочится из птицы, а под потолком захлопали крыльями невидимые посланцы Мары – вестники успеха. Вешняк поглядел на воеводу и самодовольно усмехнулся. Судя по удивленному виду, тот тоже видел странное зрелище.

– Доброе знамение, – громыхнул Вешняк. – Видать, угодное богам дело совершаем. Удача будет. Рассказывай, что придумал.

...Вешняк молча слушал воина, лишь изредка хмыкал, но не прерывал рассказа. Когда Ивар замолчал, барон поднял на него смеющиеся глаза и сказал:

– Ох и хитёр же ты, Ивар! Горящие уголья чужими руками разгребаешь, а себе крупинки золотые берёшь. Если и впрямь всё получится – быть тебе втрое богаче!

В двух шагах от потайного лаза плескалась тёмная вода, заполняющая крепостной ров, по поверхности бежала лёгкая рябь, искажая отражения звезд. Голосили лягушки, оглашая окрестности хоровым пением. Над головой пронеслась полоумная стрекоза, отчего-то не спавшая ночью, попыталась сесть на медленно плывущую травинку, но тут же взвилась с негодующим стрекотом.

Наёмник знал, что ров очень глубокий, неизвестные мастера постарались на славу, вода почти никогда не пересыхает, только в самые засушливые месяцы немного уходит, обнажая скользкие берега.

Марк выбрался из подземелья, и за спиной тут же опустилась маленькая дверь, спеша скрыть его тайну.

Почти три месяца назад он случайно отыскал потайной ход, и с тех пор частенько выбирался незамеченным из замка и спешил к лесу. Замок был старым, много раз перестраивался, и теперь даже барон Ратай не знал всех его секретов.

Потайной лаз начинался в старой части замка и проходил под конюшней, толстенными крепостными стенами и рвом. Выходил он на противоположный берег и надёжно прятался в лесу, среди густых зарослей так, что, даже стоя рядом, несведущий человек ничего не заподозрит. Старые мастера знали своё дело: в случае опасности хозяин замка и домочадцы могли уйти незамеченными.

А вот знал ли Ратай об этом лазе или забыл, как о многих других, наёмник не задумывался.

Марк легко поднялся, перекинул через плечо куртку и бодрой походкой направился по темнеющему лесу. Босыми ступнями ощутил прохладную свежесть густой травы, острые грани попадающихся кое-где камешков. Из-под ног в стороны брызгнули кузнечики.

Всё было знакомо, всё привычно, но что-то заставило наёмника насторожиться. Лес встретил прохладой и тишиной... Странной тишиной. Словно большой пёс со страхом ждёт чего-то, испуганно поскуливает и жмётся к ногам хозяина.

Марк шёл по хорошо знакомой тропинке, оглядывался, прислушивался. Было такое чувство, будто спину буравит чей-то взгляд, но ни звука, ни шороха не доносилось.