— Дверь то открыта, — прокомментировала я, ничего конкретного не имея ввиду, и сиюминутно пожалела о своих словах.

— Залезем? — тут же подхватила не в меру любопытная Алина Николаевна.

— Пусть Васька лезет, она у нас самая спортивная, — тут же согласилась Елена. А вот я нет, потому что Васька это как раз я.

— Пусть Костик лезет.

— А что сразу Костик?

— А потому что нечего стоять, мужик ты или нет? — пришла мне на помощь Алина Николаевна.

— Вообще то, нас тут трое! — не сдавался Костик.

— Юрец даже ходить нормально не научился, вон пока по лестнице поднимались споткнулся три раза, он там всю лабораторию разгромит, а Ибрагиму седьмой десяток, пожалел бы мужика, — вклинилась Алина Николаевна, к которой я в тот момент испытывала дружеские чувства.

Только Костик собрался поддаться уговорам, как свет в лаборатории совершенно отчетливо моргнул. То есть света там не было, и вдруг он вспыхнул. Костик моментально отскочил назад, сбив Юрца с ног. Тот на ногах и так держался не твердо, так что они благополучно свалились на пол.

— Чудики, — закатила глаза Елена.

— Вы это видели?

— Там привидение!

— Да с какой стати? Это всего лишь свет.

— Я туда не пойду! — заявил Костик, решив вдруг проявить несуществующую твердость характера.

— Нет, пойдешь!

— Я не могу, я кажется ногу повредил когда падал.

— Ты на пятую точку свалился, причем не на пол, а на Юрца, какая тут нога?

— Правая, — зашептал Костик голосом человека, надежда которого таяла на глазах.

— Достали, — буркнула я, и, решив спасти бедолагу, полезла под ленту, толкнула дверь и она открылась со зловещим скрипом.

— Ибрагим, хватит сопеть под ухо, иди лучше за коридором смотри, а то химики вернуться, возмущений не оберешься, — услышала я за спиной. Ибрагим конечно послушался, он вообще предпочитал не вступать ни в какие словесные баталии с прекрасной половиной нашего отдела, подозреваю, в тайне побаиваясь дуэта Алина-Елена. Хотя его все побаивались.

Стараясь не обращать больше внимания на их перепалки, я сосредоточилась на своей миссии. В самой лаборатории я была всего лишь третий раз, поэтому ориентировалась не очень хорошо. Не знаю конечно, что тут горело, но на вид все было целым и даже невредимым. Последствия пожара я всегда представляла примерно так: горелые стены, обязательно покрытые копотью, везде дым, мебель сгорела дотла и одинокая почерневшая лампа зловеще покачивается и обязательно моргает… Кажется, кому-то не следует слишком увлекаться фантазиями. Я обошла помещение по кругу, довольно большое по своей площади, тщательно приглядываясь и даже принюхиваясь, но ничего, кроме огромной лужи возле антистатического стола, что стоял прямо посреди лаборатории, не обнаружила. На следы после тушения она походила мало, если только пожарным не пришло в голову плеснуть ведро воды под стол и уйти.

— Ну, что? — нетерпеливо поинтересовалась Алина Николаевна.

Разочаровывать ее не хотелось, но пришлось:

— Ничего, все цело.

Пожалуй, пора отсюда выметаться, не дай бог кто еще застукает, будет затруднительно объяснить, зачем я сюда полезла. Толку от Ибрагима на шухере я не видела. Даже если он и заметит чье-нибудь приближение, вряд ли ему удаться обогнать непрошенного гостя и предупредить нас, передвигался он всегда без особой спешки.

Только я собралась покинуть лабораторию, как мое внимание привлек кусок темно-синей ткани, прижатый между створок огромного металлического шкафа, который делил все помещение на две неравные половины. Чтобы достигнуть выхода, нужно было как раз его обойти, вот тогда то я и заметила что-то синее.