Усиливавшийся туман заставил пойти на риск: отказаться от тралов, чтобы успеть придти в бухту Тахэ, иметь возможность точной ориентировки при постановке и нанести на карту границы заграждения. Все сошло благополучно. Только одна мина, перевернувшись при размахе качки, взорвалась под кормой “Амура” спустя 1–2 минуты после сбрасывания. Фланги армии были защищены.

16 мая вместе с дежурными миноносцами “Сторожевой” и "Выносливый” в охране продолжавшего работать тралящего каравана находился и "Гайдамак”. Ему и высланному из гавани “Новику” поручили рассеять появившуюся близ бухты Сикао флотилию из 30 джонок. Их охраняли четыре миноносца. Но бой не состоялся: в море показались 17 японских миноносцев и ввиду наступающего захода солнца кораблям приказали вернуться. 24 и 26 мая “Гайдамак” с канонерской лодкой "Г ремящий” выходил в море для обеспечения траления.

Перерывы в тралении из-за непогоды позволили поручить “Всаднику” провести 27 мая опыты воздушной разведки. Их до войны на Балтике и в Черном море проводили с помощью запускаемых змеев. Тогда выяснилось, что даже при слабом ветре змей в виде гирлянды коробчатых плоскостей легко запускается на ходу корабля. Наблюдатель помещался в переносной корзине, подвешенной к змею и соединенной с кораблем, поданным на него фалинем. Высота подъема доходила до 350 футов, что сильно расширяло горизонт видимости. На "Всаднике” результаты оказались не столь успешными: часть змея упала в море.

“Гайдамак” в этот день с миноносцами "Сердитый” и “Бойкий” выходил в бухту Белый Волк для встречи прорвавшего блокаду французского парохода.

Опыты “Всадника” были продолжены 28 мая, но до конца их довести не успели. Флот готовился к генеральному сражению у островов Эллиот, где, как уже было давно известно, располагались главные силы японского флота.

Приказом временного и.д. командующего эскадрой Тихого океана контр-адмирала Витгефта от 2 мая 1904 г. (№ 12) минным крейсерам в походном строю назначались места на подветренных траверзах флагманских броненосцев: в двух кабельтовых; “Всадник” — у "Цесаревича”, “Гайдамак” — у шедшего в общем кильватере “Пересвета” (флаг начальника отряда броненосцев). Миноносцы держались на подветренном траверзе “Цесаревича” в отдалении 2 кб. от "Всадника". Крейсера (в пределах видимости сигналов или телеграфной связи), держались по сторонам строя. Новик” шел ближе 5 кб. впереди “Цесаревича”.

При переходе из походного кильватерного строя в боевой, четыре больших крейсера вступали в кильватep броненосцам, а “Всадник” и “Гайдамак”, идя в кильватер один другому держались на траверзе “Цесаревича" в расстоянии до 20 кб. (со стороны противоположной противнику). Рядом с ними шли две колонны миноносцев во главе с “Новиком”. “Новик” шел впереди, а минные крейсера занимали положение концевых в колоннах броненосцев. За ними на их раковинах шли две колонны миноносцев.

Но внезапного выхода не получилось. Японцы опять проявили удивительную осведомленность и предприимчивость, выслав ночью отряд заградителей. Их работа в 1 ч ночи 10 июня была замечена с поста Золотой горы, но на "Цесаревиче” в течение получаса не давали разрешения батареям Электрического утеса открыть огонь. Японцы успели сделать свое дело и тральщикам всю половину дня пришлось очищать рейд от мин. В итоге выход флота мог начаться только в 2 ч дня.