– Сломаешь шею, дурак, и сам потом оплачивай свои похороны!

Куулис повернулся и увидел, что Хамид ковыляет на костылях прочь.

– Быстро, Куулис! Собери труппу. Торопись!

Старший сержант Левек осмотрел индикаторы и отрегулировал настройку, едва касаясь кнопок. Когда огромный механизм пережевывает сине-зеленую сульфидную жилу, лишняя капля масла, упавшая в дробилки, может рассеять легкую пенную массу.

– Ты должен следить за этим, Бейлис. Избыток пены может по-настоящему застопорить все работы.

– Прошу прощения, сержант. – Бейлис оторвал руку от пульта и потянулся за кошельком под бело-лиловой мантией жонглера.

– Не отрывайся от пульта! – Рука жонглера торопливо вернулась к управляющим кнопкам. Левек покачал головой. – Послушай, Бейлис, я думал, мы договорились: ты не платишь мне каждый раз, когда совершаешь ошибку. Просто больше так не делаешь.

– Да, сержант. Я сбился.

Левек погладил стену кабины, на которую опирался, и похлопал по ней.

– Ты насобачишься. Еще пару недель, и Горные Егеря вернутся на спутники, а вы, ребята, будете разрабатывать карьер сами.

Бейлис оглядел ручки настройки, индикаторы и подающую ленту:

– Мы вышли на финишную прямую, сержант.

– Хорошо. Можешь запустить автоматику.

Бейлис щелкнул переключателем, откинулся в кресле и вздохнул.

– Столькому научиться за две недели – многовато.

– Потруднее, чем подбрасывать мячики, а, Бейлис? – Жонглер улыбнулся, полез за пазуху и вытащил четыре красных шарика. Левек взял их и отступил к задней стене кабины, чтобы было побольше места. Решительно сжав челюсти, сержант встал поустойчивее, сосредоточил взгляд на воображаемой высшей точке траектории и начал подбрасывать мячи Его руки двигались в ровном ритме, так что в воздухе было не меньше двух мячиков одновременно.

– Теперь одной рукой, сержант! – Левек подбросил три полных цикла одной рукой, потом сбился с ритма и уронил шарики. Бейлис засмеялся. – Ты насобачишься.

Левек собрал шарики и подал Бейлису:

– Вот.

– Оставь себе, сержант. Я принес их для тебя.

Левек кивнул:

– Конечно, только чтобы оплатить извинения.

– Конечно. – Бейлис улыбнулся. – Мне будет не хватать тебя, когда Егеря вернутся на спутники.

Левек открыл рабочую сумку и убрал шарики. Выпрямившись, он кивнул жонглеру.

– Что ж, Егерь должен выполнять приказы. – Левек хлопнул Бейлиса по плечу. – Но это не означает, что мы никогда больше не увидимся. Каждые несколько недель сюда будет спускаться команда техобслуживания.

– Однако...

– Мы отвлеклись. Тебе лучше проверить индикаторы. – Левек повернулся и посмотрел на карьер через пыльный бортовой иллюминатор.

Километр в поперечнике и восемьсот метров в глубину в самой нижней точке, карьер походил на огромную ступенчатую чашу. На каждой ступени вереницы огромных механизмов, с подведенными к ним энергетическими кабелями и трубами с водой и цементным раствором, грызли стенки чаши, расширяя ее и добывая медь, серебро, железо и мышьяк для оборонительных спутниковых линий и орбитальных баз военной миссии.

Его взгляд привлекло движение в карьере, и Левек, дотянувшись до пульта перед Бейлисом, хлопнул по оранжевой клавише. Подача энергии к механизмам прекратилась.

– Что случилось, сержант?

– Что-то в карьере. Звони. – Пока Бейлис связывался по радио с контрольным центром карьера, Левек открыл боковую дверь и вышел на узкий мостик.