Вместо благодарности, что загодя прислал Нирага с письмом, получил кучу упрёков, что не писал чаще (будто в Кирахе есть e-mail), что не приехал раньше… И был тут же прощён, раз всё же приехал – целый и невредимый. Только оголодавший.

Потом был папа, желавший утащить меня на стеклозаводик и взахлёб рассказать, как много ему удалось, пока я прохлаждался и развлекался. Его оттёрли и зашикали обе женщины. Спасибо, что не отхлестали какашной пелёнкой.

Выдержав бурю радости, честно – очень приятную, был подвергнут пыткой едой. Специально никто не готовил, я же не прислал эсемеску, что еду, зато количество… За полгода отъелся.

- Где же Бобик? - спросил отец, вращая обглоданной свиной костью, традиционным собачьим трофеем на один зуб.

- У Нимирха. Стережёт Бурёнку и остальных из Кираха.

На секунду все замолчали.

- Значит, ты скоро отправишься за ними? – первой рискнула спросить ма.

Именно это она должна была сказать, хоть режь. Нет бы промолчать и не портить вечер вместе. Её прямота порой бесит.

- Завтра. Отмечусь во дворце, собираю людей – и домой. Через портал Веруна они не пройдут. Тем более кхары и собака.

- То есть тебя не будет… столько дней? – всхлипнула Мюи.

- Зато потом никуда не собираюсь. Велосипед не поломала?

Её личико перекосила гримаса. Ещё бы, думает не о жене и сыне, а о велике!

- У него колёса сдуты!

Потом поняла, что шучу, заулыбалась.

Хорошо быть там, где тебя понимают.

Утром владеть моим вниманием пришла очередь папы и Саи. Начал со столпа экономики Кираха – самогоноварения. Здесь мои потрудились на славу – я бы сам так не смог.

Во-первых, дрожжи. Их много. И рожь собрана хорошо, и пшеница. С дрожжами выход нира увеличится в сколько-то раз…

- Полагаю, что не менее чем вдвое, - прикинула Сая.- Я ещё не считала выход на больших объёмах. Созревание браги намного быстрее. Яблочный сидр бродит на загляденье. Ничего не скисло, как в прошлый год.

В этот момент я чувствовал себя гениальным менеджером. Свалил на пять месяцев на войнушку – без меня правильно назначенные люди справились на отлично.

Во-вторых, в ход пошла сладкая свекольная патока, заменяющая сахар. Очень дешёвая, простая и чертовски эффективная вещь. Сладкие женские ликёры и настойки теперь делать куда проще, чем раньше, когда был ограничен мёдом.

Отец тоже не подкачал. Выполнив один королевский заказ, получил десятки, несмотря на военную пору. Оконное стекло стало прозрачным, как в том мире. С бутылками тоже неплохо. Научился делать их один в один каждого вида. Ровные, сужающиеся кверху, пузатые… И купцы начали брать бутилированный нир всё охотнее. Тысяче бутылок в одной партии можно не удивляться.

- Пап? А что с зеркалами? – спросил я, рассматривая новую бутылку, четырёхгранную, как от молдавского коньяка «Квинт». Понимал, что наглею. Всё равно, что если бы папа смастерил в средневековых условиях действующий автомобиль, а я бы доколупался: ну а «Мерседес» – слабо?

- Проблема в амальгаме, - признался он. – Конечно, могу сделать зеркало на стекле, куда лучшем, чем в вашей с Мюи спальне. Но вот отражающий слой…

- Понятно. Пробуй, - я стряхнул с себя маску строгого инспектирующего начальника и обнял его за плечи. – Ты всё очень здорово делаешь, па! Превзошёл мои ожидания. Честно! Я тобой горжусь.

Стоило вернуться домой хотя бы ради того, чтоб увидеть, как он расцвёл. Годами корпел в гараже, огребая только упрёки ма и подколки соседей. Творческой личности одобрение нужно как воздух!

Наконец, получил от мамы подробный финотчёт. Хоть налоги уплачены вперёд оконной сделкой, баланс таков, что могли бы оплатить их живым серебром дважды. При том, что основной капитал не лежит без дела.