Кит недоверчиво нахмурился, утирая лицо. Очень хотелось остаться и убедиться, что Джонатан и впрямь считает его своей семьей, своим сыном, что он не злился на него, а Кит всего-навсего неправильно интерпретировал его реакцию. Но игнорировать Гилберта, особенно сейчас, приравнивалось к нарушению клятвы, данной коалиции. Кит уже нарушил одну, не рассказав о теориях и планах Пайпер сразу же, но он не был намерен и дальше идти по этому пути.

– Это демон? – строго уточнил Джонатан, ободряюще похлопав Кита по плечу и, наконец, убрав руки. Кит резко ощутил холод, но признаться в этом не решился.

– Нет, человек. Он не пытался напасть или сломать барьеры и сигилы. Он просто стоит и ждет, когда на крыльцо выйдет Кит. Гилберт решил пока не подходить ближе.

Кит нервно сглотнул и выдавил:

– Надо идти.

Джонатан смерил его долгим изучающим взглядом, но все же кивнул. Киту все еще было плохо, до звездочек из глаз и желудка, сжимающегося из-за голода, но он должен был отреагировать на прямой приказ Гилберта и явиться на крыльцо. Предаваться самобичеванию можно и позже. В Ките вновь говорил тот уверенный искатель, которым он старался быть, тогда как на самом деле он чувствовал себя разбитым и ни на что не годным.

Лука сильно отставал, словно вообще не хотел появляться в холле, но все же добежал до него, запыхавшись. У окон, буравя пейзаж за окном, стоял Эйс, на которого Джонатан тут же прикрикнул:

– Вернись к себе в комнату!

Эйс угрюмо кивнул и, не говоря ни слова, побежал к лестнице. Джонатан распахнул двери и первым вышел на крыльцо, а Кит задержался, чтобы убедиться: Эйс спрятался на лестнице так, что из своего положения видел как минимум половину территории, простирающейся за окнами.

Кит вышел на крыльцо, на колючий воздух, и попал в напряженную атмосферу, пропитавшую собой каждый клочок пространства. Гилберт стоял, опустив руки и сжав кулаки, и буравил суровым взглядом незнакомца у ворот. Шерая с сосредоточенным лицом, полным подозрения, удерживала все барьеры в стабильном состоянии. Это было видно по слабому мерцанию в воздухе, искажающему пространство.

– Это Кит? – громко крикнул незнакомец, и Кит понял, что тот еще совсем юный – голос у него звонкий, неокрепший.

С такого расстояния Кит увидел только темную кожу и кудри, выбившиеся из-под капюшона куртки, а вот определить телосложение или рост, чтобы понять, опасен ли этот юноша в ближнем бою, не смог.

– Назови свое имя, – так же громко, но более властно произнес Гилберт, спустившись к подножию лестницы. – Назови имя, иначе я уничтожу тебя.

– Я Николас Хейл! – весело крикнул юноша и исчез.

Кит ощутил давление магии, но не на себя, а на всем пространстве вокруг. Очень странное и необычное чувство, которого он не испытывал ранее. Еще долю секунды назад незнакомый юноша стоял за воротами, а потом исчез, будто его резко накрыли невидимым полотном. Теперь же он стоял в двух метрах от Гилберта, появившись точно так же, как и исчез, с пустыми поднятыми руками.

Шерая вскинула руку, и алая молния магии ударила в какую-то преграду перед юношей. У Кита в ушах зазвенело, и очень быстро к этому прибавилось дребезжание во всем теле. За спиной юноши медленно вырастала тень ростом не менее двух метров, с чем-то длинным за спиной, развевающимся, словно шелк, и огромными сиреневыми руками. Руки обняли юношу, будто защищая его, а тень вдруг приобрела больше деталей. Кит увидел широкую, немного дикую, но определенно победную улыбку, звезды, мерцающие на длинных фиолетовых волосах, но глаз рассмотреть не смог. Тень исчезла, и юноша весело сказал, будто не замечая общего паралича:

– Я Николас Хейл, и я здесь, потому что меня привела Рейна.