— Объем бедер?

— Девяносто, — заявила Дашка, убавив четыре сантиметра.

На этот раз было заметно, что Раиса Викторовна ей не верит. Дашка встретила её цепкий взгляд совершенно невинным взором своих карих глаз.

— Ну, ничего похудеете, — вздохнула директор агентства. — Ваш телефон?

Из затеи превратить Дашку в манекенщицу ровным счетом ничего не вышло. Буквально на следующем занятии кто-то раскрыл секрет её светлых волос. Дашка, бормоча проклятия, покинула дом моды, но, отойдя от подъезда шагов десять уже успела найти в случившемся кое-какие положительные моменты. Первое: не надо будет худеть на четыре сантиметра в бедрах. Дашка искренне считала свою фигуру идеальной, и ей на самом деле было ужасно жалко этих сантиметров. Второе: незачем мучаться на ужасных каблуках. Это же с ума сойти, как тяжело ходить на них по сукну подиума. Ноги ещё переломаешь! Рассуждая таким образом, она принялась напевать что-то себе под нос. Когда Дашка поравнялась со служебным входом, возле которого безмятежно курил какой-то юноша, она услышала обращенные к ней слова:

— Что, с занятий выгнали?

Так Дашка Крутова познакомилась с Ильей Суходоловым. Не случайно, в тревожный час возвращения от мадам Сосновской, Илья вспомнил именно об этой девчонке. Он уже не раз замечал, что, слушая выдаваемые ею перлы и глядя в её невинные глаза (какой контраст!), быстро забывает о своих проблемах. Ему нравилось строить из себя с Дашкой старшего брата, и та это чувствовала. А часто и самой Дашке — такой независимой и находчивой — приятно было почувствовать себя с ним несмышленым ребенком, немного капризным, но ласковым и добрым. Если случалось в её жизни какое-то любовное огорчение, она иногда делилась им с Ильей, и тот усталым тоном опытного человека говорил что-нибудь вроде: «Это бывает, ничего. Выпей водки и ложись спать». А потом находил в своем плотном графике съемок часок для Дашки и фотографировал её. Они оба знали, что лучшего подарка просто не придумать. И вот теперь Илья очень нуждался в Дашкиной помощи.

Год назад родители Дашки, измученные её характером и слишком активным образом жизни, купили дочери отдельную квартиру. Дашка радостно вступила во взрослую жизнь. Вместе с ней переехало полчище её любимых мягких игрушек, несколько папок, набитых карикатурами, и собака — длинношерстный терьер Тутти. О ремонте, закончившемся полгода назад, уже остались в основном воспоминания. Но это не мешало Дашке обожать свое жилище и даже делать в нем уборку — в особо торжественных случаях, естественно. Если бы Илья предупредил её, что приедет, она, конечно, навела бы порядок. Ведь фотограф был у неё таким дорогим и таким редким гостем. Поэтому, увидев Илью на пороге, она уже хотела упрекнуть приятеля, но его вид уничтожил это желание. Тутти залился радостным лаем и несколько раз подпрыгнул, как мяч, стараясь лизнуть Илью в лицо. Такая реакция каждый раз немного удивляла Дашку. Пес видел Илью довольно редко, но всегда встречал, как своего, а ко многим более частым гостям относился совершенно безразлично. На некоторых молодых людей Тутти смотрел даже с некоторой неприязнью.

Дашка приготовила растворимый кофе, высыпала в вазу пачку печенья и стала внимательно рассматривать своего гостя.

— Ты сегодня странный какой-то: даже не спросил, не потолстела ли я и не собралась ли замуж, — сказала она удивленно. — А это что у тебя на руке? Вот здесь, на этом пальце — порезался что ли? Да не молчи ты!

Илья подошел к кухонной раковине и тщательно оттер пятнышко запекшейся крови.

— Дашка, я расскажу тебе жуткую историю, если ты обещаешь не визжать на весь дом и не падать в обморок, — сказал он, снова усаживаясь рядом с ней.