«Она идет во всей красе». Маленькое сообщение, оставленное лишь для меня, доказывает, что он начал преследовать меня еще до того, как приложил нож к шее первой жертвы. Только я не понимаю, что это значит, и не могу расследовать дело, не беря во внимание все факты. Я настолько истощилась в эмоциональном плане, что у меня даже не было времени испугаться.

Сколько преступник знает обо мне? Каковы его истинные намерения? Что он будет делать с этой информацией? Во мне так много непонятных страхов, что мой мозг неспособен обработать их.

Куинн наклоняется и заглядывает в лицо, как бы передавая мне свою физическую силу.

– Что ты скрываешь, Бондс?

Воздух между нами заряжен. Я моргнула. Черт.

- Ничего.

Его глаза щурятся.

– Все скрывают что-то.

Я выдыхаю.

- Тогда что скрываешь ты?

Карсон разражается смехом, но, получив гневный взгляд от Куинна, отворачивается к доске. Я расслабляю плечи и позволяю себе выдохнуть.

– Послушай. Это не то, что ты думаешь…

- О чем я думаю, так это о том, что мой профайлер находится в опасности, и она намеренно подставляет себя под удар лишь потому, что не хочет обременять других.

Его рот сжимается в жесткую линию. Он впервые озвучил эти слова, и, не стану скрывать, они очень меня задели.

Вдохнув, я погружаюсь в себя в поисках хоть крупицы мужества.

– Куинн, я большая девочка и, как минимум, способна позаботиться о себе…

- Я не говорю, что не можешь… - прерывает он меня снова. – Но ты делаешь все возможное, чтобы держать меня подальше от того, что с тобой происходит. Я хочу сказать, что это не очень хорошо выглядит со стороны.

Мои глаза сужаются.

– Что? Я подозреваемая?

Когда он смотрит на меня, я грустно качаю головой.

- В данный момент каждый человек в отделе - подозреваемый.

Скрещивая руки на груди, он облокачивается на стену.

- Судебная экспертиза. В этой ситуации нами задействованы все методики изучения доказательств.

Он кивает.

– Нами изучено все, что возможно, и мы скоро начнем копаться на своем заднем дворе, если не получим новую зацепку в ближайшее время.

Мой живот болезненно сжимается, я сглатываю желчь.

Он наклоняет голову.

- Ты, действительно, считаешь, что мы больше ничего не должны добавлять? Я не думаю, что информации, которую мы представляем в пресс-релизе, достаточно. Нет, правда!

Он внимательно сканирует мое лицо, ищет слабости в моей обороне, готовясь начать новую атаку.

– Ты хочешь добавить упоминание о семье, да?

Теснота в груди сжимает мое сердце.

- Я читал твои отчеты, это моя работа. Я знаю, что тебя беспокоит… - поймав настороженное выражение моего лица, Куинн затих и вздохнул. – Откройся мне, Бондс. Я могу помочь. Просто расскажи мне.

Громкий кашель прерывает допрос Куинна, и я вспоминаю, что мы не одни. С красным от напряжения лицом я смотрю на Карсона. Куинн отслеживает мой взгляд, его черты становятся жесткими.

- Извините, что перебиваю, – говорит Карсон, кивая на телефон, - но пресс – конференция начинается через десять минут.

Куинн бормочет проклятия себе под нос, потом отходит на несколько шагов и окидывает меня взглядом.

– Все в порядке. Пойдем с тем, что у нас есть. Мне тоже не нравится плясать перед прессой и рассказывать, как мы облажались.

Игнорируя насмешку, я говорю:

– Я напечатаю новую копию для Векслера, – хватаю папки и иду в сторону двери.

- Бондс, держись поблизости.