|
Присмотревшись, я понял, что Данила делает с утренними кадрами. Компьютер, послушный его приказам, вырезал из утренней съемки ненужные куски и склеивал оставшиеся в единое целое. Но, несмотря на проделанную им работу, выглядело все на экране невероятно убого. Мне не раз доводилось видеть розыгрыши лотерей, но ни одна студия, в каких они снимались, не была такой простенькой. Особенно поразил кадр, где жалкие двадцать человек массовки сгрудились в центре экрана, а за их спиной виднелась лишь ровная светло-голубая стена. «Да, — подумал я разочарованно. — Похоже, что студия не блещет бюджетом. Скорее всего, они только на таких растяпах, как я, и живут». В который уж раз возникли сомнения в том, что стоит продолжать здесь работу. При таких раскладах с меня возьмут, сколько смогут, а потом вышвырнут, не заплатив денег. — Ну, вроде подчистил, — сообщил парень, не отрываясь от монитора. — Что на этот раз будем лепить? — Возьми из папки, где Семины съемки, — подумав, сказала Ирина. — Они, как мне кажется, подойдут по колориту. — Тогда ракурс был другой, — ответил Данила. — Надо что-нибудь посвежее. — Тогда возьми летние Витины. На экране появились гораздо более качественные кадры — более просторная студия, полная самых разных людей, стены, увешанные рекламными щитами. Вот это было похоже на то, что я видел по телевизору! — Да, хорошо, — кивнула Ирина. — Только щиты замени. К моему удивлению, от одного нажатия кнопки вся реклама на заднем плане исчезла, точнее, исчезли надписи и фирменные цвета, оставив на стенах лишь безликие коричневые полотнища. На них Данила с легкостью соорудил новые надписи и логотипы, доставая их из папочки на экране, как дети достают из коробки детали конструктора. — А не легче было повесить на стены настоящие щиты? — не сдержал я удивления. — И что потом с ними делать? — глядя на экран, пробурчал Кирилл. — Рекламодатель все время разный, а файлы со съемками массовки библиотечные. — Какие? Да, дорогой, надо тебе вникать в терминологию… Удели этому внимание на досуге. Библиотечные файлы — это то, что один раз снято, а потом сто раз используется. Съемки, знаешь ли, дорогое удовольствие. Рабочее время, грим, хороший свет, работа операторов, режиссеров, аренда студии, наконец, — все стоит денег. Да к тому же хоть сколько-то надо заплатить каждому статисту. Так что нанимать их в полном количестве каждый раз до крайности нерентабельно. Поэтому делается все проще и эффективнее — полная студия набивается один раз, все снимается в разных ракурсах, а затем хранится в архиве. Затем, уже на каждую передачу, мы приглашаем всего десять-двадцать статистов, снимаем их и с помощью компьютера накладываем на готовые библиотечные съемки. Главное, чтобы ракурс, освещенность и колорит соответствовали. — А разве такие спецэффекты не дороже съемок? — Все на свете относительно. И спецэффекты тоже бывают разными. Но главное в том, что в монтажной у меня задействованы всего два человека — режиссер, вот Ирочка, и сам монтажер. А в съемках бывает, что и за сотню человек зашкаливает. Это если с урезанной массовкой. Если же каждый раз все делать по полной программе, то в трубу вылетишь. «Ну и дела…» — подумал я. |
