- Возможно - это то решение, которого мы не смогли найти, Вил. - Он повернулся к отцу Габриеля. - Похоже, моя дочь нашла к нему подход. Давай оставим Габриеля у нас. Уверен, что Марк, - Архен строго посмотрел на сына, - подумает и подружится с Габриелем. Ему, так же, не хватает друзей его возраста.

Марк, ожидавший сурового наказания, усиленно кивал соглашаясь с отцом.

- Чтож, это будет неплохим решением, ведь, если Габриель будет находиться под защитой главы клана, его оставят в покое. - Вил вздохнул и посмотрел на сына. - Не подведи нас, Габриель. И помни все, что я говорил тебе.

С этими словами, он обнял жену за плечи, и повел к выходу. Габриель видел, что мать оглянулась несколько раз на сына, и в ее взгляде, к тоске за сыном, примешивалось облегчение. Мальчик не знал, то ли от того, что ее сын надежно пристроен, то ли от того, что не они теперь отвечают за его выходки.

С тех пор, Габриель стал еще одни сыном Архена. Глава клана никогда не делал отличий между ним и своими детьми, никогда не обращался с Габриелем так, словно тот отличался от других детей своего возраста. И это помогало чувствовать мальчику себя почти нормальным. Хотя срывы его темперамента случались все равно, и тогда никто не мог подойти к нему, кроме Оливии.

Габриель подружился с Марком, несмотря на первое впечатление, и, вскоре, они проказничали вместе. Однако, ни Архен, ни Марк, и никто из клана не мог даже мечтать о той преданности, которую Габриель испытывал к Оливии.

Глава 3

Месье Лефлер настойчиво уговаривал госпожу Брюгге оказать всю возможную помощь этим дипломатам. Габриель усмехнулся на этой формулировке " дипломат", ха, это определенно не про него, Марк - возможно, Берт - определенно. Истинным дипломатом их клана была Оливия.

На этой мысли его пальцы впились в сидение, он чувствовал, как ногти удлиняются и превращаются в когти, прорывая кожаную обивку сиденья. Контроль пошатнулся в очередной раз, но сейчас было не подходящее время. Позже, когда он выяснит, что известно этой Брюге - он сможет сорваться. Не сейчас, когда нужно быть собранным.

Что-то привлекло его внимание в словах женщины. Она врала. Ему не было необходимости опускать стекло или подходить ближе к разговаривающим. Все ликаны обладали великолепным слухом. И сейчас, Габриель слышал, что женщина лгала.

Почему? О чем? В какой мере? Знает ли она что-то, что могло бы им помочь.

Оборотень оценил, каковы шансы, что Марк даст ему поговорить с этой Брюге, и усмехнулся - они были ничтожны. Из всей их "делегации", включающей двадцать человек, у него были наименьшие шансы получить доступ к этим людям, во всяком случае, пока. Но он был готов подождать. Если это поможет ему получить хоть крупицу информации. Габриель вздохнул, и мысленно, скривился от горького запаха страха, витающего в воздухе. Это становилось смешно. Их было ровно на девятнадцать ликанов больше, и они боялись его. Даже Марк. Именно брат Оливии настоял на таком большом составе их команды. Он не был уверен, что справится с ним меньшим числом. Ха-ха-ха, а эти его остановят?

Габриель считал себя привычным к тому, что его боятся и ему не доверяют. В конце - концов, он с рождения носил титул " монстра". Он должен был бы привыкнуть. Но это было не так. Оливия заставила его поверить, что его не надо бояться, и он летал с этой уверенностью. Тем горше было его падение после ее исчезновения.

Прожив четырнадцать лет в окружении ее любви и восхищения, он забыл, как уничтожителен страх окружающих. Правда, сейчас к страху примешивалось и почтение.

Как ни как, он был сильнейшим, и кроме того, руководил защитой всего клана.

Нельзя сказать, что в теперешнем страхе клана не было его вины. Напротив, он сам, своими руками разбил тот образ, который так долго создавала Оливия. Но Габриель не испытывал ни малейших угрызений совести за свое поведение.