Красавчик вошел со своей неизменной улыбкой и, как всегда, эффектно раскланялся.

– Какое счастье застать вас здесь! Ваш покорный слуга, леди!

– Если я потребуюсь, мэм, позовите меня, – сказал Най.

– О да, конечно! Сделайте милость, идите, – отозвалась мисс Тэйн, входя в свою роль пустоголовой женщины. – Я, разумеется, позову вас, если мне что-нибудь понадобится. Как приятно снова видеть вас, мистер Левенхэм! Вы застали нас здесь зевающими над своими вышивками. Как прекрасно разделить с вами компанию! Мы совсем уже собирались уезжать и хотели немедленно отправиться в Лондон. Я так рада этой возможности попрощаться с вами! Вы были так любезны, позволив мне посетить ваш прекрасный дом! Я всегда буду вспоминать о нем и всюду рассказывать.

– Это вы оказали честь моему дому, мэм. Надеюсь, ваш брат поправился от недомогания? Наверное, именно тяжелая простуда продержала его в этой скучной гостинице так долго?

– Да, в самом деле, самая тяжелая из всех, что у него были, – согласилась мисс Тэйн. – Но он не находит эту гостиницу скучной, уверяю вас!

– Нет?

– В самом деле, нет! Вы должны знать, что брат большой ценитель вина. Хорошо оснащенный подвал может примирить его с любыми неудобствами.

– Ах да! – сказал Красавчик. – У Ная много всего в подвалах, может быть, больше, чем я предполагаю.

– Это верно, – вмешалась в разговор Эстаси. – Дедушка говаривал, что он всегда хотел бы узнать, что Най прячет от всех.

– Боюсь, что он говорил с некоторым преувеличением, – сказал Красавчик. – Най никогда не согласится на то, чтобы кто-то осмотрел его секретный подвал. Такие вещи хороши, пока никто не знает об их существовании, но, когда все становится известным, не так уж сложно открыть секрет.

Мисс Тэйн, слушая все это с видом простодушного интереса, воскликнула:

– Как странно, что вы так говорите! Должна сказать вам, что мой брат еще в самом начале был убежден, что у Ная есть тайные запасы.

– Я поздравляю вас, мэм, вам посчастливилось иметь брата, который обладает замечательной проницательностью, – сказал Красавчик медоточивым голосом и обратился к своей кузине: – Моя дорогая Эстаси, могу ли я рассчитывать на привилегию иметь с вами короткий приватный разговор? Мисс Тэйн с готовностью поймет нас, между кузенами…

В этом месте мисс Тэйн перебила его, чуть ли не вскрикнув:

– О, мистер Левенхэм, нет, ни в коем случае! Об этом не стоит и думать! Вы должны знать, что я старшая компаньонка этого милого дитя, – не смешно ли? – и такие вещи совершенно недопустимы!

Он посмотрел на нее сузившимися глазами и через мгновение сказал:

– Что-то я не припомню, мэм, чтобы эти сомнения так отягощали вас, когда вы не так давно посещали мой дом.

Мисс Тэйн с подавленным видом кивнула:

– Это верно! Вы совершенно правы, сэр. Я вела себя безрассудно, потому что была так потрясена вашим домом, что совсем забыла о своих обязанностях.

Он поднял брови, выражая вежливый скептицизм, а Эстаси сказала:

– У меня нет секретов от мадемуазель. Почему вы хотите говорить со мной наедине? В этом нет никакой необходимости.

– Ну хорошо, – согласился Красавчик. – Если я могу говорить без оговорок, то хочу предупредить вас.

– Да? Не понимаю, о чем меня следует предупреждать. Но если вы все же хотите это сделать, то я с удовольствием вас выслушаю.

– Скажем так, – поправился Красавчик, – я хочу предупредить вас об одном человеке. Вы знаете, у меня есть сведения, что вы скрываете… некую персону в этом доме.