|
Майлз передал, что вы желали побеседовать со мной. – Да, но только с вами, не с Молли. Она ничего не понимает в подобных делах. – Насколько мне известно, Молли в спальне, учит Эмму читать. Малышка просто гений. – Лично я читал «Моби Дика» в пять лет. – Молли говорила, что тоже научилась читать очень рано. Замечательные способности! Странно, Мейсон совсем забыл, какова была дочь в детстве. – Пожалуй, лучше пройти в кабинет. Там нас не потревожат. Он закрыл двойные дубовые двери, отсекая шум телевизора: визгливый хохот и вопли возбужденной швали, надеявшейся выиграть приз. – Молли призналась, что, когда Луи избил ее, вы тотчас вылетели в Денвер и взгрели его по первое число. Преклоняюсь перед вами, – без всяких предисловий начал Рамзи. Лицо его в этот миг не выражало ничего, кроме искреннего уважения. Сам Мейсон вовек не переступил бы порог дома Сантеры, если бы тот не поднял руку на дочь. – Как я мог позволить этому говнюку обидеть мою плоть и кровь! Видимо, это главная черта в Мейсоне. Он собственник, и любой, кто покусится на то, что принадлежит ему, незамедлительно поплатится. Рамзи облегченно вздохнул. – И вы, разумеется, испытываете те же чувства к Эмме. Она тоже ваша. Но как вы думаете, кто стоит за всем этим? – Обыкновенное похищение. Луи богат, не настолько, как до развода, однако считается лакомым кусочком для преступника. Европейское турне принесло этому дерьму миллионы! – Ошибаетесь, это не просто похищение. Я уже говорил, что нас преследовало несколько человек. Как по вашему, сколько людей требуется, чтобы мгновенно отслеживать чьи то передвижения? А ведь их было четверо, кроме похитителя. Даю голову на отсечение, здесь что то другое. – И Рамзи, немного помолчав, добавил: – Неприятно говорить вам все это, но вы еще не знаете, что Эмму увезли в хижину, находящуюся высоко в Скалистых горах, и там насиловали, избивали и держали связанной. Кстати, Эмме необходимы детский врач и психиатр. У нее постоянные кошмары. Ни Молли, ни я не пытались заговаривать с ней об этом, боясь, чтобы не стало хуже. Кровь отлила от лица Мейсона. На мгновение Рамзи показалось, что его сейчас стошнит. Но Лорд на удивление быстро взял себя в руки. Дыхание стало ровным, на щеках появился румянец. – Считайте, что ублюдки в эту минуту подписали себе смертные приговоры, – глухо выговорил он. – Знаете, я испытываю те же чувства, хотя по роду своих занятий и не должен бы. – Ну да, вы призваны вершить правосудие и соблюдать законы, защищающие подобную нечисть. – Ничего не поделаешь, это мой долг. Мейсон пронзил его суровым взглядом, но Рамзи никак не отреагировал. – К сожалению, вынужден признать, что вы правы и эта история связана либо со мной, либо с Сантерой. Ладно, подумаю, что предпринять. Не скрою, я уже говорил с Баззом Карменом о том, что все это дело рук моих врагов. Посмотрим. – Я хочу оставить Молли и Эмму с вами. По крайней мере здесь им ничто не угрожает. – А вы? Собираетесь предпринять собственное расследование? – Ваши люди в Колорадо оказались бессильны. Поверьте, я обладаю большими возможностями. – Какие же это возможности, помимо связей с кучей копов и законников в Сан Франциско? Рамзи упрямо покачал головой: – Вряд ли вам это понравится, поэтому не стану вас расстраивать. Мейсон вспыхнул от злости и медленно поднялся, опираясь на столешницу красного дерева, но не успел ничего сказать. На пороге показалась улыбающаяся дочь. – Я много пропустила? – осведомилась она у отца. |
