Она улыбнулась, наклонилась ко мне и прошептала в ответ:

— Тогда давай поженимся.

В первую очередь, осознав смысл ее слов, я захотел немедленно сбежать.

Затем я захотел спрятаться.

Напоследок же захотелось сбежать и очень хорошо спрятаться.

Малодушие мое, возможно, объясняется тем, что по зодиаку я — Весы. Во всяком случае, было проще свалить все на убогость моего астрологического знака, нежели признаться самому себе в трусости.

В итоге я не сбежал и не спрятался, так как подозревал, что это сильно огорчит Мэл. Я избрал единственно приемлемый для меня путь — весь сжался и свернулся в комочек, надеясь, что Мэл не станет слишком сильно наседать на меня.

— Ты хочешь выйти замуж?

— Хочу, — рассмеялась она.

— За меня?

— За единственного и неповторимого Бена Даффи. — Одернув подол юбки, она встала передо мной на одно колено. — Я, Даффи, современная женщина. А современные женщины не должны дожидаться приглашения выйти замуж. — Она откашлялась, сделала огромный глоток вина и взяла меня за руку. — Согласны ли вы, Бенджамен Доминик Даффи, оказать мне честь и стать моим законным супругом, любить и почитать меня, пока смерть не разлучит нас?

Пока смерть не разлучит нас.

И кто только вставил эти слова в церемонию бракосочетания? До этой минуты я собирался жить долго, но теперь дело осложнялось.

Пока смерть не разлучит нас.

Неужели нельзя было оставить лазейку пошире? Ну, например: «условия контракта обновляются каждые четыре года», или «до тех пор, пока кому-то из партнеров не станет скучно», или, в крайнем случае, «на ближайшее будущее».

Пока смерть не разлучит нас.

Да, это надолго.

— Мне казалось, ты не веришь в брак. — Я начал понемногу приходить в себя. — Не ты ли однажды назвала его «устаревшим понятием, необходимым патриархальному обществу лишь для того, чтобы приковать женщину к кухне»? — Это я процитировал фрагмент одной из наших полуночных бесед годичной давности. Я подозревал, что когда-нибудь подловлю ее на этом.

— Я передумала, — парировала Мэл с таким видом, будто других аргументов и не требовалось. — Даффи, нам уже по двадцать восемь. Мы уже не дети. Я хочу угомониться… Я не это хотела сказать… Я хочу остепениться… Я хочу нормальной жизни.

Мэл поджала свои идеальные губки. Она явно ожидала от меня другой реакции. Я же, со своей стороны, не понимал, с чего вдруг у нее возникла вздорная идея женитьбы. Совершенно не понимал. Я вгляделся в ее лицо, чтобы угадать ответ.

— Не смотри на меня так, — сурово сказала Мэл.

— Как?

— Так. — Она состроила смешную гримасу, пародируя выражение моего лица. — Как будто я банка консервов без наклейки. Или инопланетянин. Или веду себя так, как ведут себя «эти чертовы женщины».

Я быстро сменил выражение лица на более подходящее.

— Я и сама прекрасно помню, что говорила о браке раньше. Нет нужды напоминать мне. Пусть это звучит нелогично, но теперь я хочу замуж, Даффи. Не заставляй меня стыдиться желания быть с тобой до конца наших дней, как будто это какая-то болезнь. Я знаю, что отлично могу прожить сама по себе. Мне нет больше нужды что-то кому-то доказывать. Но я не хочу жить сама по себе. Я хочу жить с тобой, Даффи.

Стараясь сохранить невозмутимость, я вновь принялся изучать ее лицо. Я не мог отделаться от мысли, что она меня разыгрывает и вот-вот расхохочется со словами: «Ну что, попался?!» Я очень ждал этого момента, но он все не наступал.