— Но я этого не хочу. — В голосе Вилли появилось ничем не прикрытое отчаяние. — Если ты не возьмешь меня с собой, я просто пропаду.

— Вилли, но как же быть… — Она была явно обеспокоена услышанным. — Послушай, давай-ка сперва узнаем, чего хочет Таррант. Просто я не намерена рассматривать твое участие как нечто само собой разумеющееся и не позволю этого Тарранту. Короче, я во всем разберусь, а ты жди от меня известий. И, пожалуйста, больше не попадай ни в какие переделки.

— Не беспокойся. Я вообще-то никому не доставлял хлопот.

— Ладно.

Впереди показались огни пограничного пункта. Модести сбросила скорость и обернулась, чтобы поглядеть Вилли в лицо.

Вилли же увидел ту редкую улыбку, появления которой стоило ждать неделю.

— Меня беспокоит сейчас только расписание полетов, — сказала она. — Во вторник у меня назначено одно свидание в Ковент-Гардене.

Первый акт «Лебединого озера» окончился. Опустился занавес, и зрители стали бурно рукоплескать.

Когда Модести Блейз вошла в большой, богато декорированный бар, он был уже заполнен. На ней было светло-зеленое вечернее платье и длинные белые перчатки до локтей. Единственным украшением служил кулон с большим затейливо отделанным аметистом.

Мужчины бросали на Модести взгляды исподтишка, женщины всматривались куда более открыто, но она не обращала на все это ни малейшего внимания. Ее приятно обволакивала пленительная атмосфера театра.

Ее сопровождал загорелый человек лет тридцати в смокинге темно-синего цвета. Его звали Дэвид Уитстон.

— Все идет, как запланировано, — говорил он. — Ронни надеется, что яхта будет готова в Каннах к началу июня.

— И он пригласил тебя?

— Нас. — Его глаза остановились на Модести, отметив ее чуть холодноватый взгляд. — Нас с тобой. На два-три месяца в круиз по греческим островам.

— Очень романтично. Я хотела бы выпить. Бокал красного вина, если нетрудно.

— Не уверен, что у них тут есть красное вино, но… — Он осекся и уставился на пожилого человека, который добродушно смотрел на него. В одной руке у него был бокал с красным вином, в другой — с виски.

— Милая Модести, — сказал Таррант с поклоном. — Я, конечно, старею, но, надеюсь, не утратил дар предугадывать. Не угодно ли красного вина?

— Сэр Джеральд! Как мило с вашей стороны. — Модести взяла бокал. — Вы не знакомы с Дэвидом Уитстоном? Дэвид, это сэр Джеральд Таррант.

— Как дела? — Этот автоматический, не требующий ответа вопрос был задан мужчинами друг другу одновременно.

— Если бы у меня была еще одна рука, мой мальчик, — с сожалением проговорил Таррант, — и я бы знал ваши вкусы, то, безусловно…

— Все в порядке, — сказала Модести и, тронув Дэвида за рукав, произнесла: — Пойди обеспечь себя выпивкой.

— Обойдусь, — буркнул Дэвид, слегка нахмурясь. — И вообще, там жуткая толкучка.

— Я бы хотела сигарет… Нет, не твоих. «Голуаз», если не трудно.

— Вряд ли у них есть такие, — начал было Дэвид, но, увидев ее взгляд, пожал плечами. — Ладно, сейчас.

Она посмотрела ему вслед и тихо обратилась к Тарранту:

— Ну что, явились за вашим фунтом мяса? Быстро же…

— Что вы, что вы, какой фунт, — спокойно сказал Таррант, — но если бы вы нашли способ оказать мне содействие, я был бы вам чрезвычайно признателен.