— Не беспокойся насчет Тарранта, — сказал Хаган. — Я ему объясню, в чем дело.

— Ну, вот и все, Вилли. Порядок. Возьми мои чемоданы с одеждой. — На ней была юбка со свитером, туфли без каблуков, голова повязана платком. Через руку — переброшен плащ.

— Опоила беднягу, — сказал Вилли.

— Да. Теперь самое раннее он проснется на рассвете.

— Представляешь, что он тут устроит, когда выяснит, что нас и след простыл, Принцесса?

— Это единственный способ от него отделаться. А иначе у нас ничего не получилось бы. Мы ведь будем ловить на живца, а он слишком уж за меня переживает.

— Знаю. Бояться за другого еще хуже для операции, чем бояться за себя. Ну, а что ты скажешь Тарранту?

— Не знаю. Но не в этом дело. Я не могу работать, когда у меня кто-то стоит над душой. Таррант, Абу-Тахир, Хаган… — Она пожала плечами. — Они только мешают. Мы будем действовать самостоятельно, Вилли. Так, как сочтем нужным.

— Я так и знал, что этим все и кончится, — отозвался Вилли, и Модести улыбнулась, заметив облегчение в его голосе. — Я отнесу твои чемоданы. Принцесса. — У дверей он задержался и спросил: — А куда мы едем?

— Поль сам указал место пальцем на карте, — сказала она. — К Суэцу. Но мы поедем длинной дорогой. Нам надо сделать так, чтобы нас заприметил Габриэль.

— Читали последний абзац? Похоже, старик снова их потерял.

Фрейзер уже давно заметил, что, если напрячь мускулы груди и живота и задержать дыхание, можно добиться того, что лицо начнет медленно багроветь, а на лбу выступят жилы. Это производило неплохое впечатление гнева. Он попытался проделать этот трюк и сейчас, отведя на это несколько секунд, в течение которых стеклянным взглядом смотрел на Бойда.

— Вы имеете в виду сэра Джеральда? — наконец нарушил он молчание.

— Я… Прошу прощения, сэр. — Бойд залился краской и, к вящему удовольствию Фрейзера, засеменил ногами на месте. — Вы… вы просили меня напомнить… В общем скоро будет звонить из Тель-Авива сэр Джеральд. То есть через пять минут…

— Спасибо, Бойд. — Фрейзер позволил своему багровому колеру несколько поблекнуть. Потом лукаво улыбнулся смущенному подчиненному.

— Вы неплохо ориентируетесь в ситуации, — сказал он.

Когда Бойд удалился, Фрейзер закурил сигарету и снова погрузился в отчет.

Какая-то чертовщина! Одиннадцать дней назад эта девица, Блейз, и Гарвин исчезли с виллы под Био. Два дня спустя они появились в Риме и, если верить тамошнему агенту Тарранта, имели контакт с Сакки, который занимал высокое положение в иерархии итальянской мафии. Они покинули Рим за шесть часов до того, как туда прибыли Таррант и Хаган. Следующее донесение пришло из Афин, где их видели в «Хилтоне». Они обедали с Ипсиланти. Это был самый богатый скупщик краденого на Балканах. Из Афин они проследовали в Бейрут, а потом в Хайфу.

Старик, думал Фрейзер, явно опаздывал. Модести Блейз и Гарвин покинули Хайфу тридцать шесть часов назад. Фрейзер с нетерпением ждал телефонного звонка из британского посольства в Тель-Авиве. Они не могли воспользоваться скремблером, поэтому разговор должен был вестись отчасти на принятом у них коде, отчасти на иносказаниях.

Зазвонил телефон у его локтя. Фрейзер снял трубку и услышал голос Тарранта:

— Это ты, Джек?

Фрейзер чуть помедлил и ответил высоким голосом:

— Да, папочка.