– Вот дерьмо, – вздохнула Мэл. – Представляешь, что делает с людьми замужняя жизнь? Интересно, в каком состоянии я должна быть, чтобы до меня не дошло, что кто-то ко мне подъезжает?

– Джил сказала, что отдала бы все, только бы поцеловать кого-то в первый раз.

Мы в ужасе посмотрели друг на друга. Нет, жизнь Джил – скудная сексом, зато богатая холестерином – не для меня. Но что, если Мэл права и я действительно перегорела? Что тогда делать? Господи, как скверно.

– Знаешь, что самое трудное? – пробормотала я.

– Ну?

– Решить, какого черта мне действительно нужно. Именно это меня и смутило в истории с Томом. Раньше я просто выполняла определенные действия. Но если каждую минуту задумываться о том, что тебе нужно, то очень скоро сойдешь с ума.

Вот это открытие! Даже для меня самой.

– Понятно, в чем проблема? – медленно произнесла я, осмысливая свои слова. – Я просто не знаю, чего хочу. Может быть… – я взяла еще одну сигарету, – может быть, я просто не задумывалась, чего на самом деле хочу от мужчины, просто шагала себе по проторенной дорожке, не останавливаясь и не ведая, куда иду…

Так, теперь и я напилась. Несмотря на все усилия четко произносить слова, они расплывались, как жидкое тесто на сковородке. Но, как известно, истина в вине. Ну хорошо, в мартини.

Это была самая трезвая мысль за долгие, долгие годы.

Глава 3

В обеденное время на Оксфорд-стрит самый настоящий час пик. Толпы людей снуют туда-сюда, создавая невообразимую суету и толкотню. Бедные туристы беспомощно мечутся по сторонам и вместо обещанных модных магазинов находят лишь свалки дешевого барахла: сляпанные кое-как пальто с рисунком «под зебру», разваливающиеся сапоги на высоких каблуках, солнечные очки «от дизайнера» и прочий хлам. Если бы эти дураки внимательнее читали свои путеводители, то до них бы дошло, что они находятся лишь на подступах к торговой Мекке, о которой столько слышали, и что их цель впереди. Но они, скорее всего, укатят в противоположную сторону на первом попавшемся автобусе, вконец достанут водителя, и он их высадит где-нибудь в Холборне. Вот тогда они точно пропадут.

Впрочем, мне-то какое дело? У меня важная встреча с клиентом, а я уже опаздываю на десять минут. Чуть ли не бегом я свернула на Уордор-стрит и врезалась в толпу голландок (со спины их запросто можно было принять за голландцев), которые тут же напали на меня, требуя сказать, какой автобус вывезет их из этого ада. Я лишь красноречиво развела руками.

Может, мне и не стоило так нестись, потому что Лайам почти никогда не приходит вовремя. Но раз уж он такой безалаберный, мне надлежит думать за двоих и не давать себе поблажек.

У Лайама есть все данные, чтобы стать звездой. Я не без основания гордилась тем, что такая рыбка угодила в мои сети. Пару месяцев назад я стала полноправным партнером в нашем рекламном агентстве. Лайам был для нас золотым руном, и я преследовала его как гончая, желая еще больше укрепить свою репутацию. В моем графике он шел под номером один, и я с трудом выискивала время для других клиентов. К тому же возня с Лайамом отнимала все двадцать четыре часа в сутки. Я играла роль няньки, агента и бог знает кого еще.

Ради этого двадцатишестилетнего жеребца, обладавшего профессиональным магнетизмом жиго-ло, роскошные девицы легко расставались не только с трусиками, но и с последним фунтом (по его собственному заверению). Невысокий, гибкий и жилистый, он излучал энергию каждой клеточкой тела. Лайам даже ходил особо – пружинил на носках как боксер, быстрый как молния и невесомый как перышко, готовый в любую минуту кинуться на ринг.