|
Пути у нас было два: либо прямо сейчас кинуться друг на друга, либо завести легкий треп о новом фильме. Мне было страшно даже прикоснуться к нему, не говоря уже о том, чтобы кидаться, а что касается легкого трепа – на меня напал приступ косноязычия.
Из ступора нас вывел Ричард:
– Джульет! Моя сладенькая! Я скрываюсь в ночи. Хотел еще раз поблагодарить тебя за прекрасную работу… Нет-нет, не вставай, ты так чудненько смотришься на диванчике. Чудно! – Он мигнул. – Кстати, юный Льюис тоже времени даром не теряет и уже вовсю обрабатывает мисс Форчьюн. И я желаю ему в этом удачи. Впрочем, он и так на коне. Ладненько, увидимся завтра. Да, можешь не слишком резво бежать на работу.
– Кто это? – спросил Алекс, когда Ричард исчез.
– Мой босс.
– Странный.
– Угу.
Я изобразила Ричарда: ссутуленные плечи, выдвинутая вперед голова, выкаченные глаза. Алекс рассмеялся.
Новая пауза.
– Итак… – Алекс подался вперед.
– Мне нужно кое-что доделать. Это займет минут двадцать, – суховато сказала я.
– Я подожду. Тебе помочь?
Я покачала головой. Затем испугалась, что он неверно истолкует этот жест.
– Нет, ты не сумеешь… Ну, ты понимаешь…
– Может, выпьем где-нибудь, когда разберешься со своими делами? Или сразу двинем в наше захолустье? По дороге могли бы заскочить в «Плевок».
– А что? Это был бы славный финал сегодняшнего дня, – ответила я обыденным тоном, хотя на самом деле мое сердце принялось отбивать бешеную румбу.
* * *
Как удобно, когда твой возлюбленный обретается по соседству. Конечно, вы можете возразить, что если в конце концов все пойдет шиворот-навыворот, то остаток жизни придется опасливо выглядывать из-за угла, дабы не напороться на теперь уже экс-возлюбленного. Но кто, черт возьми, думает о таких мелочах, когда безрассудный энтузиазм первопроходца захлестывает с головой? Нет, ты видишь лишь неоспоримые плюсы такого соседства. Отныне нет нужды вторгаться на территорию интересующей вас персоны всякими несуразными способами: «Ах, знаешь, мы ведь совсем рядом с моим домом, просто в двух шагах. Так, может, заскочишь, раз уж пабы все равно закрыты». Эти примитивные уловки отныне не нужны. Ты просто спокойно едешь в одном направлении со своим объектом и ликуешь при мысли о том, что если все пойдет как-то не так, то ты, по крайней мере, не очутишься черти где в час ночи.
Оказавшись с Алексом в такси, я смешалась. После всего, что мы успели сказать друг другу, в машине буквально трещали электрические разряды. Словно сговорившись, мы тянули время и вместе с тем неслись вперед сломя голову. Ведь мы ясно продемонстрировали друг другу свой интерес, хотя еще ни разу даже не поцеловались. Впрочем, поцелуй не за горами, и я почему-то цепенела при этой мысли. А что если он и целоваться-то не умеет? Как я тогда от него отделаюсь? Придется извиниться и свинтить, а потом планомерно увиливать от назойливых телефонных звонков. А что, если, не дай бог, он и трахаться не умеет? Когда парень умеет целоваться, то и трахается он, соответственно, неплохо, но тут могут подвести пропорции. Однако узнать размеры пениса – задача куда более сложная. В моей голове крутилась жуткая мысль о том, что у Алекса может оказаться маленький член, поэтому, неожиданно услышав слово «маленький», я подпрыгнула так, что чуть не проломила головой крышу машины.
– Я сказал, твой клиент ведет себя как маленький, – повторил Алекс.
– Э-э, да, согласна. Вот задумалась, как у него идут дела.
– Я, кажется, его не застал. Судя по твоим рассказам, я бы его сразу узнал даже в толпе. |