– Класс! – с чувством сказал Льюис, поднося ко рту водочно-клюквенное желе. Он мастерски сжал пальцами дно пластикового стаканчика. Ровное и правильное, как мокрый песок в детской формочке, желе вывалилось из стаканчика и непринужденно скользнуло ему в рот.

– Я так не умею, – позавидовала я ему. Я себе отхватила желе-перцовку и томатное желе «Кровавая Мэри».

Почти две минуты я мяла стаканчик над раскрытым ртом, тщетно пытаясь повторить трюк Льюиса, но желе с тем же упорством нахально тряслось себе в стаканчике – видимо, от хохота.

– Ну и черт с тобой! – наконец сдалась я и безжалостно ковырнула ложкой бесстыдно ухмылявшуюся рожу. – М-м-м! Очень мило. Необычно, но мило.

Мимо нас проплыл странноватого вида официант с напирсингованными бровями и козлиной бороденкой. В Нью-Йорке в моде официанты, напоминающие манекенов из витрины дорогого бутика.

В Лондоне, напротив, официанты – сплошь образчики экстремальной моды. Льюис взял еще один стаканчик с желе. В Нью-Йорке он стал бы официантом года.

– С чем это? – спросил Льюис.

– Водка с лимоном, цитрусовое желе, – траурно возвестил парень. Под официантской личиной наверняка скрывалась чрезвычайно творческая натура – музыкант, актер или хрен знает кто еще.

– Классно! – обрадовалась я. – Я тоже такой хочу. Это что на дне? Карамельная стружка?

Официант одарил меня угрюмым взглядом и молча продолжил свое скорбное шествие с подносом.

– Похож на дворецкого из фильма ужасов, который показывает вам вашу комнату, игнорируя все вопросы касательно подозрительного шума, доносящегося из камина, – сказала я.

– Джульет? Джульет! Вот ты где!

Ричард спикировал на меня, точно стервятник на добычу. Он был высок, костляв и вечно вздергивал широкие сутулые плечи почти к ушам в тщетной попытке сделаться не таким долговязым. Сходство с хищной птицей довершала лысая голова, нервно вращавшаяся туда-сюда. Ричард почему-то предпочитал допотопного покроя камзолы со стоячим воротничком, который предательски подчеркивал выступающий хребет и кадык. Большинство из нас хлебом не корми, дай поизображать Ричарда, благо дело это нехитрое.

– Я хочу тебя кое с кем познакомить, – сказал Ричард.

Он вежливо кивнул Льюису и потащил меня к двум элегантным джентльменам.

– Клаус, Йохан, – это Джульет Купер, наш новый партнер, а также восходящая звезда рекламного бизнеса. Клаус Зенн, управляющий директор компании «Айс-Водка». А это Йохан Гротхейзен, его заместитель.

Мы пожали друг другу руки. Ричард благосклонно улыбнулся и отправился налаживать прочие связи.

– Роскошные коктейли! – сказала я, выскребая ложкой остатки цитрусового желе. Первое правило рекламы: льсти клиенту. – Я уверена, они будут пользоваться успехом.

– Спасибо, – поблагодарил Клаус Зенн и с нервной улыбкой поправил галстук. – Что ж, Ричард прекрасно поработал. Мы очень довольны.

– Реклама получилась супер, – искренне признала я. – Будем выпускать ее обоймами – и успех обеспечен. Жалко, что нельзя делать бутылочки с водкой в форме пуль.