Все наши разговоры заканчивались абсолютно одинаково. Я ссылалась на усталость, а Джереми извинялся и через секунду возобновлял свой монолог. Так продолжалось еще минут десять, пока мне всеми правдами и неправдами не удавалось повесить трубку.

Когда мое терпение лопнуло, я набрала номер Джил.

– Джил, ты должна рассказать ему про Филипа, – заявила я без предисловий. Мне так надоело водить Джереми за нос, что я была готова разорвать всех в клочья. – Он без конца спрашивает меня, почему ты его бросила. Я больше не могу врать.

– Тогда пошли его, – хладнокровно посоветовала Джил.

– Не могу, он мой друг. Мне жаль его.

Но Джил прикладывала все силы к тому, чтобы в собственных глазах превратить Джереми в законченного подлеца, дабы приглушить угрызения совести.

– У него есть свои друзья, пусть им жалуется. Почему это он вздумал эксплуатировать моих?

– Он ужасно мучается, – упорствовала я. – И он понимает, что ты чего-то не договариваешь.

– Дело не в том, что я чего-то не договариваю.

– Джил! – взорвалась я. – Дело именно в этом, мать твою! Ты нагло надуваешь его. Ты поверишь, что шоу закончилось, если во время антракта кто-то потащит тебя к выходу, тогда как все повалят в буфет за мороженым? Люди дуреют, когда их кто-то бросает, но когда им при этом еще врут, они дуреют вдвойне.

– А не надо было пичкать меня мороженым, когда мне требовался самый настоящий банан! – И Джил довольно захихикала.

– Да иди ты… Слезь наконец со своего любовника и разберись с Джереми.

Мы помолчали.

– Джулс, я не могу, – жалобно проблеяла Джил. Слава богу, узнаю любимую подругу. – Я боюсь, что он станет рвать и метать, и я тоже стану рвать и метать, и останутся от нас обоих рожки да ножки.

– Рано или поздно он все равно узнает, – мягко возразила я.

– Может, лучше ему узнать об этом от кого-то еще, а? Тогда это будет как-то проще.

– Ты же не предлагаешь…

– Нет-нет, что ты, – поспешно прервала меня Джил. – Я просто, так сказать, выдвигаю гипотезу.

– И на том спасибо.

– Хорошо, что позвонила. – Она резко переключилась на другую тему. – Я как раз хотела пригласить тебя пообедать и познакомить с Филипом.

Я позавидовала Джил: так непосредственно перестроиться с темы своего несчастного мужа на виновника их развода, да еще пригласить лучшую подругу в дом, купленный в основном на деньги Джереми, который вылетел из него как пробка из бутылки с шампанским! Впрочем, стоит ли раздувать трагедию? Джил влюблена и потому обуреваема угрызениями совести не больше, чем Билл Клинтон. У беспардонных любовников всегда есть отличное оправдание: они ни в чем не виноваты, их ведь сжигает такая страсть!

В свое время я вела себя не лучше Джил. Я-то знаю, что испытываешь, когда перемалываешь чужие кости в муку, и сколько при этом затрачиваешь нравственных сил, чтобы заткнуть свою совесть.