— Не думаю, — покачала головой баронесса. — Но разве мало различных заведений, куда вас с радостью примут?

— Ты не видела, что он на площади сделал, когда состоялось покушение, — усмехнулась Минако. — Тем не менее, у меня к тебе просьба, поговори с господином Вороновым. Заранее соглашусь с требованиями, а об оплате он пусть не переживает.

— А почему сами его об этом не попросите?

— На то есть причины, — ушла от ответа японочка.

Натали так и подмывало спросить, что пытается скрыть принцесса, но промолчала, понимая — не признается. Зато твердо уверена, у ее партнера нет намерений брать учеников. В том числе и Островская такого не потерпит! Или у Кати не появится повода для ревности? Сухарева внимательно осмотрела японочку, хотя уже не раз обдумывала ее внешность. Есть в Минако красота и обаяние, с этим не поспоришь. Зато Максимилиан на предполагаемую навязываемую супругу смотрит холодно и без того блеска во взгляде, который она на себе часто ловит и от этого краснеет.

— Хорошо, передам ваши слова, — склонила голову Натали.

— Мне хватит средств, чтобы господин Воронов открыл частную школу, — подумав, произнесла Минако. — Об этом тоже передай! Готова рассмотреть все варианты! — японочка развернулась и направилась в зал, где их наверняка уже заждались.

Баронесса поспешила следом, гадая, что это сейчас было и зачем принцессе понадобилось учиться у врачевателя. Конечно, Александр Иванович удивительный человек и его знания и умения уникальны. С чем-то подобным она никогда не сталкивалась и даже не слышала. Но откуда об этом прознала принцесса?

— Похоже, сегодняшний ужин будет полон сюрпризов, — произнесла Натали и постаралась придать лицу беззаботное и веселое выражение.

* * *

Повествование от лица господина Воронова.

С удовольствием наблюдаю, как смущается Натали под взглядами великого княжича. Софья и Минако неспешно пытаются выведать у меня и полковника все, что произошло за последнее время. Аристарху Викторовичу приходится непросто. Чувствуется, что он не привык общаться с молодыми особами, занимающими такое положение в обществе. Однако, полковник мастерски уходит от острых вопросов. Вот только внутреннее напряжение и усталость дают о себе знать. Мне совершенно не нравится, как работает его источник и время от времени сбоят щиты.

— Раз все разрешилось, то позвольте откланяться, — минут через двадцать, после начала ужина, произнес господин Сбруев.

— Как, вы уже нас собрались покинуть? — спросила великая княжна, наблюдая, как Максимилиан накладывает в тарелку баронессы кусочки жареного осетра.

— Есть еще дела, — сделал раздосадованное лицо полковник.

— Аристарх Викторович, простите, что вмешиваюсь, но говорю вам как врачеватель, — я сокрушенно покачал головой, смотря на жандарма, — идите домой и ложитесь отдыхать. Никого не принимайте, а то себя загоните и в один прекрасный момент рухните. Подозреваю, что последнее время без сна обходились.

— Служба, — неопределенно ответил тот.

— Да-да, господин Воронов абсолютно прав, — поддержал меня Максимилиан, наконец-то отвлекшись от баронессы, — Аристарх Викторович, вы нужны империи здоровым и полным сил!

— Благодарю, — произнес Сбруев и его губы дрогнули в улыбке. — Тогда я пойду?

— Ступайте и спасибо вам за понимание, — кивнула ему Софья.

Полковник вежливо со всеми распропрощался и поднявшись направился к двери. И все же, мне не нравится его состояние. Что-то в ауре у Аристарха Викторовича мелькает, но уловить не получается. Следовало диагностику запустить, но тогда бы пришлось его щиты ломать, чего делать не хотелось. Да и помню, что давал себе зарок его на ноги не ставить.