— Саша, что ты с ним церемонишься⁈ — обвиняюще ткнула в мою сторону пальцем Островская. — Гони в шею и займись пострадавшей. Неужели не видишь, что время уходит?

От графа разрешения не добиться, он точно не в себе. Не чувствует боли в ладони, а там осколки от стакана все глубже входят под кожу, не замечает и капающую на пол собственную кровь. Похоже, мне предстоит сделать непростой выбор, с учетом того, что шансы на счастливый исход один к десяти.

Глава 3

ВСЕ ПРЕДУСМОТРЕТЬ НЕВОЗМОЖНО

Глава 3. ВСЁ ПРЕДУСМОТРЕТЬ НЕВОЗМОЖНО

* * *

События глазами госпожи Сухаревой.

Натали устало потерла глаза и в очередной раз перевернулась на другой бок. Сна ни в одном глазу, а она сильно устала, выложилась до основания и исчерпала почти весь источник. За это ей по первое число влетело от компаньона, пригрозившего применить розги или ремень. Правда, она ни грамма тогда не испугалась, что заметил и Александр Иванович, мгновенно заявивший то, чего она действительно опасалась.

— Твоему воздыхателю пожалуюсь, пусть он сам тебя воспитывает! — сказал господин Воронов.

А Максимилиан не только ей, но и напарнику легко создаст проблем. Девушка печально вздохнула, обхватила себя за плечики и зябко поежилась. Она боится себе признаться, какие чувства испытывает к великому княжичу, понимая, что будущего у них нет. В любовницы не пойдет, пусть Их Светлость и не надеется! А ведь он именно этого добивается, уже предложил перебраться в столицу. Обещал протекцию при дворе и если она пожелает, то войдет в свиту его сестры.

— И никакой дальнейшей перспективы, — вздохнула Натали. — А если об этом узнает Александр Иванович, то не посмотрит, чей Максимилиан сын и жестко с ним поговорит.

Господин Воронов уже не раз ее предупреждал, чтобы не вздумала ничего скрывать и сразу же рассказывала все, словно он ее старший брат. И ведь действительно так себе ведет! Она врачевателю благодарна до глубины души и старается слушаться. Ну, наорал он на нее за вчерашнее, а потом похвалил. Главное, что они сумели помочь супруге графа и у того теперь появился наследник. Баронесса непроизвольно улыбнулась, вспомнив, как держала новорожденного малыша на руках и смотрела на красное сморщенное личико. Даже не сразу сообразила, что ей требовалось перерезать пуповину. Ну, ей простительно, роды она принимала впервые, как, судя по всему, и господин Воронов. Кати так и вовсе чуть в обморок не грохнулась и раз пять, если не больше, совала себе под нос пробирку с нюхательной солью. А ведь в ее составе карбонат аммония способный чуть ли мертвого поднять, от резкого запаха. Натали хихикнула, она и сама такую гадость в сумочке таскает, на случай обморока.

— Ты не спишь? — раздался из-за двери голос Островской. — К тебе могу войти?

— Минутку! — подхватилась Натали и схватила брошенный на спинку стула халат.

Через пару секунд она с любопытством открыла дверь в свои комнаты, рассматривая встревоженную Екатерину Матвеевну.

— Что-то случилось? — спросила баронесса.

— Не знаю, — вздохнула Островская, — Воронова все нет, уснуть не могу, а на душе муторно. Как вспомню, про Лизу, так сразу настроение падает.

— Но ведь с ней и ребеночком все хорошо, — осторожно заметила Натали.

— Так-то да, но две остановки сердца ей вряд ли пошли на пользу.

— Александр Иванович ее подлечит, если возникнет необходимость, — твердо заявила баронесса. — Или вы сомневаетесь в способностях врачевателя?

— Ой, брось, — отмахнулась Кати и подошла к окну, — нет у меня сомнений в силе и умениях Саши. Кстати, нам давно пора перейти на ты, согласна?

— Легко, — улыбнулась Натали. — Получается, ты тоже не в состоянии уснуть.