|
Хоть Олливандер пытался увернуться, у него это не получилось — удар коня оказался точным, он угодил Гаррику прямо в грудь.
После чего единорог ещё раз заржал и рванул с места в карьер. За ним сорвался остальной табун.
Повезло… А ведь я был на волосок от смерти. Ни одного защитного заклинания не знаю, оружия нет, да даже если бы и было, Гаррик мне объяснял, что единорогов убивать нельзя, за это полагается серьёзный срок в Азкабане. Оливандеру тоже повезло, ведь единорог мог вместо удара копытом насадить волшебника на рог, как и кобыла могла подобное сотворить со мной.
Как только табун скрылся за деревьями, я отмер, поднялся с четверенек на ноги и поспешил к мастеру палочек. Он лежал на земле, ухватившись руками за грудь, и тихо стонал, но пучок волос из ладони не выпустил.
— Мастер, вы как? Живы?
— Колин, что ты там делал? — прохрипел Олливандер.
— Эм… — мне вдруг стало стыдно, отчего покраснел. — Мо-молоко п-пил… — тихо и сбивчиво пробормотал я.
— Молоко? — удивился Оливандер. Казалось, он даже позабыл о повреждённой грудной клетке. — Кхе-кхе-кхе! — кашляя и хрипя, засмеялся он, ухватившись руками за грудь. — Молоко… Я тебя за шерстью посылал!
— Пить хотелось, — жалобным тоном попытался оправдаться я.
— Кхе-кхе-хке! — вновь зашёлся в кашляющем смехе мастер палочек, кривясь от боли. — Ох! Ну и ученик у меня… Достань в кармане портал.
Я вынул из указанного кармана веточку-портал и вложил её в руку Олливандера, сам продолжал её удерживать. Мастер произнёс слово-ключ, и мы тут же переместились в его лавку.
— Мистер Олливандер, может, колдомедиков вызвать?
— Не надо, — отмахнулся он. — Лучше помоги мне встать.
Кое-как удалось поднять старика на ноги. На него было больно смотреть.
— Ничего, сейчас заклинание для фиксации костей наложу, внутренние кровотечения уберу, приму пару капель Рябинового отвара и буду как новенький, — доставая палочку, успокоил меня Олливандер.
И правда, чары и зелья ему помогли. Старик на глазах оживал, уже не выглядел так, словно вот-вот отправится на реинкарнацию.
— Медицинским чарам буду учить тебя позже, — с улыбкой посмотрев на меня, произнёс Олливандер. — Это же надо! Напиться единорожьего молока… Колин, ты хоть знаешь, что только что продлил себе жизнь минимум лет на пять?
— Эм… — я с недоумением посмотрел на мастера, и поправил дужку очков. — Это как?
— Молоко единорогов обладает невероятными по силе целительскими свойствами, — начал пояснять мастер. — Оно способно возвращать молодость старикам, исцелять серьёзные болезни и продлевать жизнь. Только добыть его почти невозможно, а купить совершенно нереально.
— Оно такое вкусное… — мечтательно протянул я, припомнив невероятный букет единорожьего молока. — Моя прелесть!
— Ох, повезло тебе, сорванец! — в голосе Олливандера слышалась добродушная насмешливость. — Мало кто из волшебников во всём мире может похвастать тем, что пробовал такое молоко. Только, Колин, напомни, что ты должен был делать?
— Не знаю, — пожал я плечами. — Вы не сказали. Чары наложили, а потом я вас не видел. Сидел в засаде, думал, что делать…
— Хм… Что же, в этом есть доля моей вины, — покивал волшебник. — Забыл провести инструктаж, слишком увлёкся демонстрацией чар. Да ещё с маскировочными чарами сэкономил. Рассчитывал, что нескольких часов действия будет достаточно, не ожидал, что единороги задержатся. |