Изменить размер шрифта - +
 — Нам удалось спасти студентку, прервать ритуал возрождения Воландеморта и пленить этого опасного волшебника.

По залу пронёсся взволнованный шёпот. Одни смотрели на Дамблдора с ужасом, другие — с недоверием, третьи с восторгом и восхищением. Директор спокойно дождался пока шум стихнет.

— В Министерстве магии не хотят, чтобы я сообщал вам это, — продолжил он. — Возможно, некоторые из ваших родителей будут в ужасе от того, что я сделал. Либо потому, что они не верят в возвращение Воландеморта, либо потому что считают вас слишком маленькими, чтобы говорить об этом. Некоторые, наоборот, придут в восторг. Но я уверен: правда в любом случае предпочтительнее лжи, многие видели, как мы с Аластором принесли гомункула, в которого была подселена душа Воландеморта, и как сдали его служащим Отдела тайн и аврорам.

Ошеломлённые, испуганные и обрадованные лица одно за другим поворачивались к Дамблдору…, но поворачивались далеко не все. За слизеринским столом Малфой что-то говорил Крэббу и Гойлу, показательно игнорируя речь директора.

— Вам не о чем переживать, Воландеморт больше не побеспокоит жителей магической Британии, — со стальной уверенностью в голосе продолжил Директор. — Цель Турнира Трёх Волшебников — укреплять взаимопонимание среди волшебников всего мира. Последнее соревнование состоится сегодня вечером, как и было запланировано. В свете случившегося — то есть возвращения лорда Воландеморта и очередной победы над ним — такое взаимопонимание становится, как никогда, важным.

Дамблдор перевёл взгляд с Хагрида и мадам Максим на Флёр Делакур и студентов из Шармбатона, а затем на Виктора Крама и дурмстрангцев за слизеринским столом. Поглядел на всех чемпионов: Драко Малфоя, Седрика Диггори, Гарри Поттера, Джинни Уизли.

— Каждый гость этого зала, — сказал Дамблдор, и его взгляд задержался на учениках из Дурмстранга, — будет с радостью встречен здесь всегда, в любое время. Хочу повторить ещё раз: в свете возрождения и победы над лордом Воландемортом мы сильны настолько, насколько мы едины, и слабы настолько, насколько разобщены. Возможно, старые сторонники Лорда Воландеморта воспримут возвращение своего хозяина и очередной его проигрыш, как возможность сеять раздор и вражду. Мы можем бороться с этим, создавая прочные связи, основанные на дружбе и доверии. Различия в наших традициях и в наших языках несущественны, если у нас общие цели, а наши сердца открыты навстречу друг другу.

До вечера вся школа гудела от слухов. Чего только ученики не придумали, даже ходили слухи о нападении войск Пожирателей смерти, которые самоотверженно были повержены лично Дамблдором при поддержке Аластора Грюма.

Вечером в Большом зале началось пиршество. За столом для преподавателей сидели Руфус Скримджер, Людо Бэгмен и Корнелиус Фадж. Бэгмен, как всегда, весел и оживлён, Фадж, напротив, мрачен и неразговорчив, он кидал гневные взгляды на Дамблдора. Мадам Максим выглядела обиженной и периодически поглядывала на директора Хогвартса, таким же был Игорь Каркаров.

От обилия праздничных блюд разбегались глаза, чемпионы нервничали и почти ничего не ели, зато остальные ученики налегали на еду. Постепенно волшебный потолок менял синеву дня на алые закатные краски сумерек. Наконец Дамблдор поднялся из-за стола и весь зал притих.

— Леди и джентльмены, через пять минут я приглашу вас пойти на поле для квиддича, где начнётся третье, последнее состязание Турнира Трёх Волшебников. А сейчас прошу всех участников проследовать на стадион за мистером Бэгменом.

Вскоре мы подошли к стадиону, достали омнинокли и стали наблюдать за полем для квиддича, превращённым в лабиринт. Трибуны располагались на возвышении, поэтому зрителям было видно многое, но всё же не всё.

Буквально за час стадион был полностью заполнен зрителями.

Быстрый переход