Лешка слегка покраснел и неохотно признался:

— Я пробовал.

Лелька застыла в дверях, а Тамара изумленно протянула:

— Ты… чего?

— А ничего! — огрызнулся Лешка. — Просто пробовал вычислить вора. Без толку, правда.

Сестры вопросительно смотрели на него, и даже Крыс сел и пристально уставился на Сазонова, словно подачки ждал. Лешка невольно засмеялся.

— Ничего интересного, клянусь! Просто таскался к матери на работу с неделю, не меньше, приучал к себе. А потом как-то, будто между прочим, бросил в толпу: мол, собираюсь у своего компа монитор сменить. На жидкокристаллический. Он для работы незаменим, глаза практически не устают, один минус — цена. Дорогущий, паразит! Пятнадцать тысяч по минимуму. Однако здоровье дороже, созрел я, короче. В общем трепался, как нанятый, денежки из кармана вынул, тряс перед их носами, пачка тысячерублевок, помялась, жуть. Специально с утра в самый узкий карман заталкивал. Ну, я разозлился, понятно, на зрителя же работал. Разглаживал те бумажки разглаживал, а потом под папки толстенные на время сунул: чтобы полежали малость. А то уж очень страшненько смотрелись. Говорю: после обеда в компьютерный центр пойду, на Горького, там выбор приличный.

По бухгалтерии шастаю, баб разговорами занимаю по очереди, чтоб воришке время дать, а сам украдкой за папками своими слежу. Причем не в открытую, а в оконное стекло. И так здорово все продумал, получалось: кто-то одна из них в разговоре не занята и может действовать. Остальные — на меня таращатся. Представляете, как сложно подобное подгадать?

— И что?! — с жадным интересом перебила его Тамара.

— А ничего, — тяжело вздохнул Лешка. — Провели меня как младенца. Представляю, как воришка веселился. Вот уж поразвлекся на мой счет!

— Украли?! — выдохнула девушка. — Но как?! Мне тетя Маша об этом не говорила!

— А она и не знает. И никто не знает. Кроме вора. Ну, и меня, само собой.

Лелька, забыв о том, что уже собиралась выйти, вернулась в зал и с любопытством ждала продолжения. Тамара вскочила и взволнованно бегала по комнате, задевая стулья и чертыхаясь. Крыс непонимающе переводил глазки с одного человека на другого и брезгливо морщил нос: Лелька подошла слишком близко. Даже Коська почувствовал что-то неладное, проник в зал через раскрытую форточку и теперь с большим подозрением рассматривал Лешку.

— Ты же сам сказал: глаз не сводил с папок! — наконец протестующе воскликнула Тамара.

— Ну…

— Что — ну? Ты что, выходил из бухгалтерии?!

Лешка снова покраснел и после длинной паузы признался.

— Ага. Покурить. Два раза.

Лелька ахнула. Тамара махнула рукой. Крыс заворчал. Коська фыркнул. Лешка закричал:

— Да клянусь, выходил, лишь когда мать за столом сидела, комп свой мучила!

Лелька изумленно таращилась на Сазонова, а Тамара издевательски рассмеялась:

— Болван! Да когда тетя Маша работает, у нее из-под носа слона можно увести, она не заметит! Ты что, не знал, да?! Даже я знаю! — И сердито пояснила Лельке — Она иногда по вечерам и дома за своими отчетами бухгалтерскими сидит. Так до нее не докричишься. Твой Мишка обычно подходил и перед монитором ладонью водил, тогда тетя Маша в себя приходила. А Лешка…

Тамара снова захохотала. Лелька сдвинула тонкие брови и задумчиво протянула:

— Вот ка-ак… Теперь понятно. А я-то… — Она поспешно попрощалась и вдруг обернулась в дверях и спросила угрюмого Лешку — Тетя Маша с Верой дружит, так?

Лешка кивнул.

— У них столы рядом стоят? Торцами?

— Нет.