Сыщик уже не стоял, а поворачивался к двери, но, услышав злой голос хозяйки, стремительно выскочил из дома и трусцой заспешил к калитке.

Похоже, опасался, что разъяренная женщина может пинком ускорить его движение.

Елена вышла из машины у мрачного панельного дома, остановилась напротив грязной двери подъезда, брезгливо поморщилась. Пустельга стоял рядом, жестом радушного хозяина приглашая в подъезд.

— Мой муж здесь? Вы уверены в этом? — спросила она, не спеша заходить в подъезд.

Тревожно было на душе, вот уж не ожидала, что Андрей скрывается в этом обыкновенном, неухоженном доме. Почему? Что она увидит внутри — молодую любовницу, искалеченного мужа или прохиндейку, которая тянет из него, дурака, деньги.

— Да, господин Сергиенко здесь.

— Как вам удалось найти его? Вся милиция Плавнинска с ног сбилась, а вы нашли.

Пустельга многозначительно усмехнулся, развел руками, что должно было означать: судите сами, кто истинный профессионал, милиция или мы. Не дождавшись, когда Елена шагнет в подъезд, он сам решительно направился туда. Машинально сжимая пальцами свою черную сумочку, она пошла следом. На втором этаже Пустельга остановился у обычной деревянной двери, уверенно позвонил.

— Кто там, — послышался за дверью хрипловатый женский голос.

Елена напряглась, показалось, что где-то она слышала этот голос раньше.

— Милиция, — бесстрастно соврал Пустельга. — Гражданка Платова, сами откроете, или будем ломать дверь?

И уже не тревога, а ярость захлестнула душу Елены. Платова! Лида Платова! Ох же зараза такая! Воспользовалась моментом и утащила Андрея в свою конуру?! Решила таким образом отомстить за свое увольнение? Ну и получит сейчас! И не только сейчас!

Дверь распахнулась, и Елена замешкалась на пороге, изумленно глядя на свою бывшую бухгалтершу. Вместо молодой, цветущей кокетки на нее смотрела усталая пожилая женщина с одутловатым лицом и мешками под глазами. Лишь мгновение длилось замешательство Елены, а потом она отодвинула в сторону Лидию, решительно направилась в комнату.

Андрей сидел на диване — в джинсах, футболке и старых тапочках. Голова перевязана свежими бинтами. Он сидел и с неприязнью смотрел на нее.

— Что все это значит?! Весь этот идиотский маскарад? — закричала она, останавливаясь перед мужем. — Ты что, клоуном себя возомнил?!

— Действительно, что все это значит? — холодно спросил Сергиенко. — Ты в Сочи отдыхаешь одна, развлекаешься, ну и отдыхай, я же тебе не мешаю.

— Ты мне мешаешь! Скрываешься у какой-то стервы с опухшей рожей, а я что должна думать?! Я места себе не нахожу!

— Так она в Сочи отдыхала? — спросила Лидия. — А ты ничего мне не сказал об этом.

— К чему эти подробности, — сказал Сергиенко.

— А ты заткнись, дура! Не то получишь у меня! — крикнула Елена. — Шлюха!

— На себя-то посмотри, бизнесменша! — разозлилась Лидия. — Сама шлюха! По Сочам раскатывает… Чего приперлась?

— Заткнись, я сказала! Пошла вон отсюда!

— Ты уже в моей квартире командуешь? Да кто ты такая, дура? — возмутилась Лидия. — Сама пошла вон отсюда, понятно! Эй, милиция, ну-ка выгони отсюда эту истеричку! А то новому прокурору пожалуюсь!

— Ну так я больше не нужен? — спросил Пустельга, проигнорировав требование Лидии.

И, не дождавшись ответа, выскользнул за дверь.

— Угомонитесь, бабы, — сказал Сергиенко.