|
Да, тело так несовершенно… Молодого, здорового человека вдруг убивает неведомая болезнь. Кара небес? Недуг сражает его наповал, и никто не в силах помочь. Он "сгорает" всего за месяц, чувствуя, как жизнь постепенно покидает его тело. Возможно, когда-нибудь болезнь сразит и его. Но даже если это случиться через минуту, он ни о чем не жалеет. По крайней мере, свою лепту в торжество справедливости он уже внес. Пелес стоит целой сотни обычных негодяев. Ему есть, чем гордится. Он должен жить, хотя так не хочется. Самоубийство же для него совершенно неприемлемо. Блестящие лезвия, смертоносные яды, виселицы и прочие игрушки взрослого человека, нужно поместить в самый дальний ящик, закрыть на замок и выбросить ключ. Он никогда не воспользуется ими. Если Свету будет угодно прекратить его жалкое существование, то Свет сделает это сам. Монах набросил на себя плащ и тщательно проверил оружие: он выходил из дома только полностью экипированным. Затем он надел маску. Она была для него больше чем просто кусок кожи. Это был символ, который отделял его от остального мира. Черная маска стала его вторым лицом. Всякий раз, надевая ее, Клемент словно примерял на себя другую личину. Он менялся не только внешне, но и внутренне. Спокойный, доброжелательный монах исчезал и вместо него появлялся убийца. Расчетливый, знающий себе цену и даже отчасти презирающий добродушного монаха. И хотя эти перемены были по душе Клементу - вершить месть было удобнее в этом облике, он боялся, что наступит момент, когда он не сможет избавиться от своего второго Я. Те, кто плохо знали Главного Смотрящего, могли подумать, что он спокоен. Мужчина полностью контролировал свои эмоции, следя за тем, чтобы ничто не выдавало его истинных чувств. Его тело было расслабленно, взгляд безмятежен. – Ты в ярости, - глухим голосом сказал Эмбр. Уж он-то хорошо знал Луноса Стека. Они сидели в кабинете Эмбра. Магистр ордена был абсолютно лыс и покрыт морщинами, словно запеченное яблоко. – Да, - ледяным тоном ответил Лунос, вместе с тем, не меняя выражения лица. - А что, сейчас меня должны одолевать какие-то другие эмоции? По-моему у меня есть повод сердиться. – Жаль Пелеса, он был хорошим исполнителем, но ничего не поделаешь… - Эмбр пожал плечами. – И это все? - возмутился Смотрящий. - Я ожидал от тебя большего. Пелес был одним из лучших моих людей. – Ммм… Ты уже выяснил, чьих это рук дело? – Нет, - нехотя ответил Лунос. - Убийца как сквозь землю провалился. – Возможно, он никуда и не исчезал? - Эмбр изогнул левую бровь и пристально посмотрел на своего собеседника. - Нужно рассмотреть разные варианты… – Полагаешь, что он может быть одним из нас? Вряд ли, - Лунос покачал головой. - Скорее всего, это какой-то искусный высокооплачиваемый наемник. – Мы бы знали, если бы такой появился в Вернстоке. Или наши агенты уже ни на что не годятся? – Если он в столице недавно, то наши шпионы могли еще не заметить его. Тем более что профессионал обязательно бы принял все меры предосторожности. – Неудивительно, что вы его не нашли. У Пелеса была охрана? – Да, но, прибывая в храме, он ее отпускал за ненадобностью. – Мы расслабились, и вот результат, - Эмбр пожал губами. - Слишком долго у нас не было ни одного стоящего противника. Надеюсь, каждый в ордене извлечет урок из этого происшествия. Но почему именно Пелес? Кому он перешел дорогу? – Я считаю, что его смерть - это предупреждение мне. Да-да, никакая это не паранойя, - добавил Лунос, успев заметить недоверие, мелькнувшее в глазах магистра ордена. – Ты сделал этот вывод только на основании того, что убитый был твоим человеком? – Не только, - мрачным голосом ответил Смотрящий. |
