- Слава яйцам, есть... - Довольно закивал головой второй зек.

Очевидно, на лице Николая отразилось такое явное недоумение, что арестант поспешил объяснить:

- Есть работа - есть бабки на счету. А есть бабки - есть ларь. Отоварка, то есть... Маргач, там, курево... А без ларя-то херово...

- Второй отряд, стройся! - Раздался зычный голос.

- Ну, покедова. - Запрощались зеки. - В столовку пора.

- А чего так поздно? - Подозрительно спросил Клим.

- Так мы - вторая смена.

Дальнейших пояснений не последовало, разговорчивые земляки заторопились занять места в строю. Николай отследил, как отряд вышел из локалки и ровной колонной направился в сторону вахты.

- Ну, как тебе зона? - Хмыкнул Попов.

Куль пожал плечами и взял мастерок:

- Там видно будет...

Потом из этой локалки вышел еще один отряд. Сдирая лохмотья краски, и покрывая новой побеленные кирпичи, этапники могли наблюдать жизнь зоны. Отряды ходили туда-сюда, иногда по плацу пробегали зеки-одиночки, потом появились двое зачуханых мужиков с метлами. Они убрали весь мусор, оставленный Налимом и Николаем, и, так же безмолвно и безропотно, ушли обратно.

Многие заговаривали с этапниками, но никто из зеков не позволял себе каких-либо наездов. Этапники разве что вызывали легкую ухмылку, да и то лишь из-за своей неопытности и непросвященности во внутренние дела зоны. Ничего принципиально нового из этих бесед не выяснилось, за исключением, разве что сведений о видах деятельности на промзоне, да и то в самых общих чертах. Мебель, швейка, сколотка, замки, токарный цех, пластмассовое литье, гальваника, горячая и холодная прессовка... Создавалось впечатление, что в этом лагере находится самый настоящий город с чрезвычайно широким спектром производства. Не хватало здесь лишь домны, да пайки всякой электроники.

- Ну, Куль, - поинтересовался Клим после очередного перекура, - куда хочешь податься?

Николай равнодушно пожал плечами:

- А чего, меня кто-то спрашивать будет?

- Я тут краем жопы слыхал, что можно перескочить из отряда в отряд...

- Знаешь, - сморщился Кулин, - я не привык искать на нее приключений...

- Ага, они сами ее находят! - Подколол Налим.

Николай промолчал, продолжая покрывать краской кирпичи.

- Ну, а в натуре, в какой отряд бы пошел?

- В ремонтники, наверное... - после некоторых размышлений ответил Кулин.

- А я - на пластмассу. - Мечтательно проговорил Попов. - Там и норма, вроде, не шибко большая, и финашки регулярно капают.

К обеду этапники сделали ровно половину работы. Когда появился Сиволапов и, посмотрев на качество труда, подошел к зекам, они как раз докрашивали участок перед калиткой во вторую локалку.

- Чего шевелитесь как дохлые мухи?.. - Недовольно начал шнырь, но Налим, немедленно встав в позу, прервал его:

- Ты сам-то повкалывай на солнцепеке, когда ничего снять нельзя! Вон, блин, вся роба пропотела! А пидорка эта вонючая!..

- Это форма одежды! - Рявкнул Сиволапов.

- Да я эту твою форму одежды имел во все дыры!

- Смотри, блин, тут и не таких борзых обламывали! - Шнырь отбрехивался вяло и заученными фразами. Кулин сразу понял, что эта перебранка имеет целью лишь показать друг другу свою крутость. Смысла в этом Николай никогда не видел и поэтому не вступал в идиотические дебаты.

- Затрахаешься обламывать!

- Работу принимаешь? - Николай, которому быстро надоело слушать чужой ор, решил переключить внимание Сиволапова на более насущные проблемы. Шнырь замер на мгновение с открытым ртом, потом, сообразив, о чем конкретно спрашивает этот этапник, выдохнул излишки набранного в легкие воздуха, и, нормальным тоном, сказал:

- Нормально. Забирай инструмент - и в карантинку.

В этапке уже собрались все работавшие носилками. Кулин едва смог сдержать смех, когда увидел это чумазое скопище.