Дело было сделано, но Игнат Федорович прошел до конца строя, занимаясь рутинной работой. Когда же последний арестант переступил порог локальной зоны, оперативник опять направился на промку.

В котельной, где работали зеки из того же пятого отряда, Лакшина встретил густой серный запах и удушающая жара. Трое кочегаров, распивающих чай на столике рядом с огромной кучей угля, увидев кума, даже не шевельнулись, понимая, что уже взяты на заметку.

- Ну, мужики, - приветливо улыбнулся кум, - как работается?

- Жарковато, - ответил один из зеков, - а так, ничего...

- И никаких странностей?

Мужики, тревожно переглянулись.

- Да, все как обычно...

- Точно? - Не унимался Игнат Федорович. - Никакой бесовщины?.. Ничего непонятного?..

- Стукнули. - Догадался, и тем самым выдал себя, почти квадратный, в своей широченной, несмотря на температуру, телогрейке, зек.

- Стукнули. - Согласился оперативник. - А теперь, рассказывайте.

- Тут вчера ночью девка из топки вылезла. - Сказал квадратный.

- Да чего ты гонишь!? - Возмутился кочегар, первым ответивший Лакшину. - Не вылезла, а вылетела. Я уж думал, угля переборщили, что язычина такой хлобыстнул, ан нет, девица.

- И что дальше? - Спросил кум.

- Вылетела она. Зависла прямо тут, над углем. Ну, думаю, сейчас подожжет тут все к чертям! И тут смотрю, а огонь-то у нее холодный!

- Это я почуял, а потом тебе сказал! - Встрял третий кочегар.

- Ладно! Разница-то какая? Так вот, висит она, все на ней такое прозрачное, я прямо сеанс словил!

- Ага! - Усмехнулся квадратный. - Тебе все между ног бабе пялиться!

- Не перебивай! Так вот, тряпка на ней прозрачная, да и сама просвечивает. Ну, я и смекнул, что это призрак. Тут мужики базарили, что они иногда в полнолуние появляются. Кстати, что там на дворе?

- Вторая четверть. - Вспомнил Игнат Федорович сегодняшнюю фазу луны, которую видел на своем перекидном календаре.

- Странно. - Отреагировал зек. - Так о чем это я? Ага! Так этот призрак висел-висел, а потом и говорит: "Завтра беда будет!" Да, так и говорит.

- Да, не так она сказала! - Вновь подал голос третий кочегар. - "Ждите завтра большой беды!" Вот как она сказала!

- Ну и что? Суть-то одна! - Первый кочегар пожал плечами. - Дальше. Проговорила она это и сгинула, как не бывало. А я опосля полазил, где она там висела, и вот что нашел...

Зек достал из-за пазухи кусок угля, на котором даже в пляшущем свете пламени отчетливо просматривались отпечатки пальцев небольших ножек. Игнат Федорович принял камень, придирчиво вгляделся в следы. Ему показалось, что в них просматривались даже папиллярные линии.

- Я возьму это. - С утвердительной интонацией выдавил из себя кум. От такого непосредственного прикосновения к метафизической тайне Лакшину стало несколько не по себе.

Когда майор разглядывал светящиеся следы, разум его бунтовал, но какая-то его часть, ответственная за сохранение рассудка, внушала мозгу, что все это чепуха. Теперь же Игнат Федорович понял, что происходящее уже не чушь, а какая-то система. И от этого понимания Лапшу охватила жуть.

- Возьмите, гражданин майор. - Ухмыльнулся кочегар. - Один хрен, в топку пойдет.

- Хорошо, работайте, мужики...

Попрощавшись так, оперативник, на негнущихся ногах, покинул котельную. Промозглый ночной ветерок моментально остудил горящее лицо Игната Федоровича и, как ему показалось, выдул из его головы щемящую тревогу.

Во втором цеха работа не то чтобы кипела, а шла, подвластная какому-то неторопливому, но четкому ритму. Здесь трудились бригады нескольких отрядов и кум, присмотревшись к передвижениям ближайшей группы мужиков, сразу вычислил, кто ими руководит.

Старший смены издалека заметил приближение Лакшина и немедленно начал высматривать, нет ли на вверенной ему территории каких-нибудь нарушений.