- Да не гоношись. - примирительно сказал Перепелов, - Это ж с самого начала было ясно, что вязать будут только "черных". Кум-то не дурак...

Исаков привычно закрутил головой, высматривая, нет ли лишних ушей.

- Да, нету тут стремаков. - хмыкнул Шмасть. - Пора уж периферийное зрение развивать...

- А чего дальше делать? - поинтересовался Котел.

- Дерьмо пинать и пидоров дрючить. - посоветовал Клоповник. - Ничего не делать. В отряд идти да мужиков с искрящими машинами гонять.

Многие зеки пользовались "машинами", кипятильниками, сооруженными из двух пластин нержавейки, которой на промке было в избытке. Но за время использования прикрученные к пластинам провода пережигались, лохматились, начинали искрить и могли замкнуться, устроив короткое замыкание. Нужно было, всего-навсего перемотать соединения, но подавляющая часть безалаберных зеков не желала следить за состоянием самодельных кипятильников.

- А вахта? - не унимался Исаков.

- Забудь. - отмахнулся Пепел, - на крайняк, короткой свиданкой кум стукнет. Один хрен никто на нее не ходит. А там, глядишь, за примерное поведение, и лишнюю дачку получишь...

Согласившись с этими доводами, Котел бросил бычок на асфальт, растер сапогом:

- Двинули.

И зашагал впереди, зная, что шныри идут следом.

В отряде за время их отсутствия ничего не изменилось. Бугры сводили отряд в столовку, мужики приволокли тюхи и теперь по всей секции шла суета. Зеки носились из дальняка в секцию, таская банки с кипятком. Те, у кого не было чая для заварки, пили воду, растворяя в ней несколько карамелек. Недавние же этапники или кишкоглоты, вынуждены были употреблять чистый кипяток с хлебом, густо посыпанным солью. Первые вынуждены были сидеть на такой убивающей почки диете из-за отсутствия денег на счету, вторые - благодаря неэкономному расходованию купленных в ларе продуктов, двух- трехдневному празднику живота, после которого наступал период вынужденного поста.

Отоспавшаяся третья смена уже готовилась отбыть на работу. Первая стремилась побыстрее закончить второй ужин и залипнуть у телевизора в комнате ПВР.

Едва Котел и шныри зашли в каптерку, как в дверь тут же постучали. Каптерка была единственным помещением, где находился холодильник и, соответственно могли храниться скоропортящиеся продукты и теперь зеки, которые хотели разнообразить питание за счет присланных или переданных с водилами продуктов, вереницей потянулись к месту их хранения. Зашел Глыба, бугор 80-й бригады с кропалем. Прозвище его, не мудрствуя лукаво, было переделано из фамилии, Глыбко. Звали бугра Тарас Степанович и он, не скрывая своего хохляцкого происхождения, постоянно гакал.

- Здоровеньки булы, косячники! - Глыба, не дожидаясь приглашения, взгромоздился на стул, который заскрипел под неподъемным весом бригадира. Чего новенького?

- А ни хрена, да луку мешок. - попытался шуткой ответить Котел.

- Э-э, гонишь. - Тарас погрозил завхозу похожим на сардельку пальцем. Базарят, на вахту вас тягали.

- Да все из-за Гладышева, блин. - вздохнул Пепел. - Крапчатый нас на разборки позвал а тут прапора. Всех и замели.

- А тут отрядник прибегал. - сообщил Глыбко не слишком приятную новость. Кричал, чтобы дежурных на ночь поставили.

- На одну или несколько? - по деловому спросил Шмасть.

- А как кипиш пройдет. - Пожал плечами бугор и, заметив что в каптерке появился зек по прозвищу Лапоть, жаждавший побаловаться присланным в дачке салом, крикнул, - Эй, деревня, будь другом, сбегай за кипятком!

Отказать такой просьбе значило поставить бугра ниже себя и Лапоть безропотно взял банку.

- Значит, пока беспредельщиков не вычислят. - сделал вывод Шмасть.

- Ага. - кивнул Глыба. - Кого ставить будем?

- Это уж тебе виднее. - Котел развел руками, - Кто тебе меньше всех в бригаде нужен.

- Ты чего, по натуре петришь, что я хоть одного пидора с промки дам снять? - угрожающе привстал Тарас.