– Допустим, – ответил Кевин, выходя из ступора и превращаясь в себя самого. Он ухмыльнулся. – Хочешь и тебя поцелую?

Натали уставилась на Кевина широко раскрытыми глазами, ее щеки запылали. Она соскочила с дивана и умчалась к маме. Это была победа. Мы вздохнули с облегчением.

– А ты ей приглянулся. Смотри, рискуешь получить еще одну фанатку… – Сказала и только потом поняла, как это прозвучало. То есть я тоже в их числе?! – Я имела в виду, у тебя наверняка куча поклонниц.

– Я понял, – усмехнулся тот, а я, как и Нат, залилась румянцем. – Нашу стаю жалуют немногие девушки. В основном они… не слишком разборчивые.

Это что? Камень в мой огород? То есть я не слишком разборчивая и готова вешаться на каждого встречного, по его мнению? Я согласна, случай с Диланом Сабовски совсем меня не красил… но это все равно не повод называть меня не слишком разборчивой.

– Следи за языком! – вспылила я. – Не стоит думать, что ты весь такой мачо распрекрасный и желанный. Мне вообще до тебя дела нет!

Кевин удивленно посмотрел на меня. Приподнял одну бровь, а потом рассмеялся. Заливисто, звонко. И ему, черт возьми, так шла улыбка.

– Я не тебя имел в виду, когда говорил о таких девушках… – давясь от смеха, еле выговорил он. – Забавно.

Забавно… Это прозвучало невероятно мило из его уст. Интересно, а кто-нибудь из его знакомых мог похвастаться тем, что слышал, как он смеется? Злость прошла, будто ее и не было. Да что со мной происходит?

* * *

– Значит, Кевин Харрис, – улыбнулась мама, предлагая гостю угощение к чаю. – Вы с Сэм учитесь вместе?

– У нас есть общие уроки. В нашей гимназии нестандартное обучение. Одногодки разделены на классы, в одно время обучаются несколько потоков сразу.

– Ох, дорогой, конечно, я в курсе про систему обучения в школе. Вы одноклассники?

– Нет, мам. У нас общая физкультура и вроде бы биология с химией. Но этих уроков еще не было.

– Вот как, – отпивая чай, сказала мама. – А как вам вчерашняя школьная поездка? Я слышала столько легенд о подобных мероприятиях…

– Легенд? – чуть не поперхнувшись, переспросила я.

– Познакомилась с мамой твоей одноклассницы. Ванессы, кажется. Она рассказывает, что дочка в этих поездках постоянно находит себе кавалеров… Прихожу домой, а здесь вы. После ночевки неизвестно где…

Мы с Кевином, перебивая друг друга, принялись объяснять маме, что она заблуждается. Говорили невпопад, расходились в показаниях, а потом Кевин выдал то, за что я готова была свернуть ему шею:

– Она вообще не со мной поехала, а с другим парнем.

Я метнула молнию на Кевина.

– Ладно, со мной, – поморщился тот от моего взгляда, – но, миссис Джонсон, ничего не было. Я клянусь.

И вот что это такое? Как теперь охарактеризовать Кевина Харриса? Он не просто странный и загадочный… Он странный и загадочный придурок!

– Я ничего такого и не имела в виду. Просто тебе, Сэм, давно следовало завести парня… Может, стала бы женственнее.

– Завести. Ты говоришь, будто мне надо собаку завести… Да и куда еще женственнее, я вон в юбке на учебу хожу.

– Это у вас просто форма такая. – Мама вздохнула, будто общалась с безнадежным экземпляром человека. – А я говорю совсем о другом…

Время шло. Недопитый чай остывал в кружках, и я не могла дождаться, когда же закончится эта пытка.