После этого мы ещё поговорили, но недолго. Мойра ушла, чтобы передать сообщение Пенни, а мы отправились в Тёрлингтон. Я планировал добраться туда Мировой Дорогой, но Керэн уже там побывала, поэтому телепортировала нас напрямую — не в город, но на само побережье. Там я собрал всех, и поднял нас в воздух.

На драконе полететь было бы проще, но тогда Элэйн пришлось бы скрывать и дракона по достижении острова. К тому же, я мог лететь быстрее, донеся их до берега острова за вполовину меньший срок.

Как только остров Тириона показался на горизонте, Элэйн укрыла нас завесой невидимости, а после приземления Керэн телепортировала меня обратно в Замок Камерон, прежде чем вернуться к своим спутницам. Теперь мне оставалось лишь ждать.

Поэтому я пошёл искать Мэттью. Он мне нужен был для части чар, которые я добавлял к новой руке Пенни. Я как дурак искал его дома, думая, что он всё ещё дуется, но оказалось, что он был в своей мастерской, с Гэри.

Они с Коналлом стояли снаружи мастерской, мастеря медную проволоку, чтобы помочь Гэри закончить антенну. Андроид молча наблюдал, но меня приветствовал кивком в мою сторону. Я стал наблюдать за ними, не мешая, пока они не закончили. В общем и целом я стоял там почти полчаса.

Когда они остановились, Коналл сказал мне: «Папа». Мэттью не удосужился словами — он всё ещё был в глубокой задумчивости.

— Помоги-ка мне, Мэтт, — сказал я, прерывая раздумья моего старшего сына.

— Э?

— Мне нужно, чтобы ты помог мне с чарами, над которыми я работаю, — объяснил я.

Мэттью посмотрел на Гэри, но андроид лишь пожал плечами:

— Остальное мы с Коналлом можем сделать и сами. Возможно, устроить тестирование мы сможем этим вечером. Я дам тебе знать.

Хмыкнув, Мэттью пошёл ко мне, и я повёл его обратно к моей мастерской. Он всегда был неразговорчивым, но сейчас казался подавленным. Трудно было сказать. Его и в лучшие-то времена нелегко было понять, а хоть что-то знать о его настроении мог только тот, кто мог читать его мысли.

Когда я показал ему свои чертежи, он мгновенно погрузился в работу. Ничего особо сложного там не было, особенно потому, что подобное он в прошлом уже проделывал. В этом случае добавка к руке просто позволяла призывать уже приготовленный мной зачарованный щит. Мэттью отточил необходимые для этого шаблоны ещё тогда, когда ковал Грэму броню и переделывал Шип, поэтому на эту работу у него ушло меньше часа.

Он закончил, и начал было уходить, так и не сказав ни слова.

— Мэтт, — сказал я, заставив его остановиться.

— Да?

— Ты в порядке?

Он пожал плечами:

— Нормально.

— Сэр Томас рассказал нам о битве, — начал я. — Он хорошо отозвался о твоих действиях, но я тут подумал…

Мэттью перебил меня:

— Я в порядке, Пап. Меня всё это не слишком тронуло.

Однако я не закончил:

— Знаешь, я сам прошел через множество кровавых ситуаций. Конечно, они все разные, всегда непохожи друг на друга. Если ты хочешь об этом поговорить, то я всегда…

Он не остановился, махнув рукой, опережая моё предложение:

— Знаю, Пап. Я в порядке.

Я посмотрел ему вслед. «Лжец». Мне хотелось пойти за ним, заставить его говорить, но я знал, что это не сработает. Он в конце концов перед кем-то раскроется, или не раскроется. Одно я знал точно: его это тронуло, вне зависимости от того, признавал ли он это.

«Быть родителем — самая трудная работа в мире», — подумал я про себя.