|
Свой внешний щит я уже убрал, поэтому он подошёл ближе, и хлопнул меня между лопаток, что, вероятно, предполагалось как дружеский жест. — Пойдём в мой кабинет.
— Я просто зашёл повидать Ариадну, — ответил я.
Он покачал мне пальцем:
— Нет-нет-нет, вы арестованы, милорд. Идём, выпьем эля. А Бенчли может дать королеве знать, что тебя заковали в кандалы.
Слуга Королевы всё ещё терпеливо стоял футах этак в шести. Я окликнул его:
— Слышал, Бенчли? Меня арестовали. Надеюсь, теперь ты доволен. Пожалуйста, дай Королеве знать, что её кузена засадили под замок, и что он с удовольствием бы увиделся с ней при первой же возможности.
Я мог почти поклясться, что увидел мелькнувшую на его лице лёгкую улыбку, но это, наверное, был плод моего воображения.
— Всенепременно, милорд, — ответил он, и ушёл. Я отправился вслед за Сэром Харолдом.
Рыцарь отвёл меня в маленькое помещение, служившее ему кабинетом, и принялся шарить в шкафу, пока не нашёл два маленьких деревянных кубка сомнительной чистоты. Затем он наполнил их оба элем из стоявшего на столике у стены кувшина. Вкус у эля был таким, будто напиток некогда был весьма хорошим, но ныне стал удручающе пресным и выдохшимся. Подтащив стул, я сел, и решил не жаловаться.
— А вот говорить насчёт сжигания их заживо не было необходимости, — проворчал я.
Харолд рассмеялся:
— Эта история мне ещё долго будет помогать.
— Это как?
— Солдаты немного похожи на детей, — объяснил он. — Полезно иметь чудовище под кроватью, чтобы они не отбивались от рук.
Я нахмурился:
— Не вижу в этом никакого смысла.
— Смысл есть, и ещё какой, — ответил он. — Они будут больше меня уважать, поскольку только мне хватило смелости увести тебя — а позже, если кто-то из них начнёт бузить, я всегда смогу пригрозить отрядить смутьяна посыльным в Замок Камерон.
— Меня эксплуатируют, — простонал я.
Он сделал ещё один большой глоток из своего кубка, прежде чем поставить его обратно:
— А кого нынче не эксплуатируют?
Кивнув, я прикончил свой эль, и налил себе ещё. Было здорово снова увидеть Харолда — несмотря на его неважно выбранные шутки, это напомнило мне о былых временах. Были у нас и хорошие деньки.
— Возможно, мне следует заглянуть в казармы, и попотчевать твоих людей рассказами о твоей доблести, — предложил я. — Я мог бы рассказать им о твоей первой отважной атаку на шиггрэс в той пещере у Ланкастера.
Он выпучил глаза:
— Ты не посмеешь!
Я самодовольно повторил свою угрозу:
— Могу и посметь. Думаю, им будет полезно это услышать. — В те дни Харолд был только-только произведён в Рыцари Камня, и ещё не успел привыкнуть к своей силе, когда я попросил его пойти в атаку на баллисту, которой управляла группа нежити. На нервах, и накачанный адреналином, он именно так и сделал, но его первый прыжок из-за укрытия послал его головой прямо в нависавший над нами каменный потолок. Он едва сам себя не оглушил.
Харолд немного поглядел на меня, затем предложил:
— Мир?
— Покуда ты обещаешь не рассказывать им страшные сказки про злых волшебников.
— По рукам! — Он потянулся к кувшину эля, но обнаружил, что тот пуст. Тот не был полным изначально, поскольку мы с Харолдом приговорили всего лишь по полкубка. — Давай, я ещё принесу.
— А разве тебе можно пить при исполнении? — спросил я.
— Ни за что! — ответил он. — Только я не при исполнении. Однако ты поднял такой гвалт, что я всё равно прибежал. |