Но в этот день она была в ловушке. Мордэкай оставил её за главную в Замке Камерон, и если бы она покинула донжон, то лишь переложив эту ношу прямо на несовершеннолетнюю дочь Мордэкая, Айрин. Питэр, камергер, был рядом, чтобы помочь при необходимости, но Роуз не собиралась оставлять Айрин в таком положении без хорошей на то причины. Она, может, и была теперь Торнбер, но росла она как Хайтауэр, а Хайтауэры никогда не избегали своих обязанностей.

Шальной порыв ветра шевельнул выбившиеся из причёски волосы у Роуз на щеке. Раздосадованная, она отвела волосы за ухо. Роуз замерла на короткий миг, но затем почти сразу же снова пришла в движение, пройдя на противоположную сторону комнаты, чтобы проверить камин. Между тем её взгляд тайком осматривал комнату.

Ставни, закрывавшие единственное окно комнаты, были приоткрыты, и столик под окном был сдвинут под углом, более не располагаясь вдоль стены. Ваза с цветами, стоявшая на нём, также поменяла своё положение.

Кто-то проник в комнату, пока Роуз не было, и скорее всего сделал это через окно. На первый взгляд этот факт был почти нелепым. Её окно было на четвёртом этаже, и ширины его едва хватало, чтобы позволить пролезть ребёнку, или очень худому человеку. Взобраться по стене снаружи также было бы трудно. Хотя она и была каменной, но камень был гладким, и имевшиеся там выступы требовали бы от взбиравшегося человека невероятно сильных пальцев.

«Он вошёл, и либо споткнулся о столик, либо вынужден был его отодвинуть. Затем он попытался вернуть всё как было», — молча заметила она. «Потом он вошёл в мою спальню». Она уже заметила, что дверь в спальню была закрыта неплотно.

Вопрос, от которого её сердце затрепыхалось от холодного страха, заключался в том, покинул ли этот человек её покои. «Сохраняй спокойствие». Её разум поспешно перебрал возможные сценарии — кража, шпионаж и убийство были тремя самыми вероятными. Она уже отбросила мысль о том, что комнату потревожила её горничная. За годы службы Анджела хорошо усвоила её привычки и предпочтения.

Переворошив поленья в камине, она выпрямилась, и вернула кочергу на место. Хоть Роуз и не хотелось отпускать её, она не желала себя выдавать, на случай если кто-то за ней наблюдал. Лучше прикинуться рассеянной. У неё под рукой было и другое оружие.

Ей нужно было выбраться из покоев, но единственным возможным укрытием в главной комнате был шкаф, и он стоял рядом с дверью в гостиную. «Не следовало мне вообще ставить его там», — с сожалением подумала она.

Вслух же она сказала:

— Тут как-то слишком прохладно. Куда я дела халат? В гостиной оставила, наверное. — Затем она целеустремлённо направилась к двери. Она надеялась, что если в шкафу кто-то был, то он подождёт её возвращения, прежде чем захлопнуть западню. Если так и произойдёт, то она просто уйдёт через главный вход, и вернётся с несколькими крупными помощниками, чтобы обыскать покои.

Когда Роуз проходила мимо, дверцы шкафа распахнулись, и кто-то выскочил на неё.

У большинства платьев Роуз в юбке было скрытое отверстие, позволявшее ей дотянуться до длинного ножа, пристёгнутого к её ноге. При необходимости она сама перешивала свои платья. Уже предупреждённая, она держала ладонь на рукояти, когда нападавший появился из шкафа. Высвободив оружие, она подняла его клинком вверх под низким углом, и вогнала все восемь дюймов заострённой стали в тело незнакомца, чуть выше паха.

Она испытала кратковременный шок, когда увидела, что незнакомцем была гибкая молодая женщина с коротко стриженой головой, одетая в мужские штаны. Второй неожиданностью для Роуз стало то, что убийца не согнулась и не отпрянула из-за вызванной раной боли. Вместо этого рука нападавшей нырнула вниз, схватив запястье Роуз, не позволяя ей снова ударить.

Роуз закричала, намеренно выведя свой голос на самую высокую громкость.