– Может, в прошлой жизни вы были любовником леди Чаттерлей? – рискнула пошутить Эллен.

Его серебристые глаза заблестели, как нить накаливания.

– В таком случае вы были леди Чаттерлей? – весело ответил он.

Девушка быстро отвела глаза, так как хорошо знала людей этого типа. Сначала флирт с ними легок, как дыхание, но они горят слишком ярко, уничтожая кислород вокруг, и в конце концов становится нечем дышать. Лучше не начинать.

– Если десять фунтов разделить на три желания, получим чуть больше трех фунтов. Это плата за полчаса работы профессионального садовника, – сказала Эллен.

– В тюрьме столько стоят два дня работы. – Он нюхал ветку жасмина, глядя на нее сквозь кружево лепестков.

– Но вы не в тюрьме, повторяю.

– Вы полагаете? – На секунду его глаза снова стали металлическими, но потом Беллинг опять улыбнулся. – Конечно, вы правы. Я не в тюрьме. Надеюсь, вы ничего не имеете против?

Эллен пожала плечами и тут заметила, как за спиной у Шпоры блеснул солнечный зайчик. Это был бинокль Хантера Гарднера, наведенный на них через брешь в живой изгороди.

– Не беспокойтесь, местные блюстители порядка на посту. – Девушка указала в сторону соседа.

Шпора оглянулся, и улыбка сошла с его лица.

– Сукин сын!

– На самом деле больше всего его интересует моя собака. – Ей хотелось его успокоить.

Шпора отсалютовал соседу средним пальцем, и солнечный зайчик возмущенно подпрыгнул.

Эллен быстро схватила парня за руку:

– Прошу вас, не надо. Я и так уже достаточно испортила с ним отношения.

Он вырвал руку.

– Вам стыдно, что он вас видит со мной?

– Гуляйте мимо его дома хоть с голой задницей, мне плевать. Я почти не знаю ни его, ни вас. Но зачем дразнить соседей в моем саду?

Постепенно улыбка вернулась на его лицо и стала даже теплее и заразительнее, чем прежде. Спустя немного времени они играли глазами в пятнашки, их губы расплывались в улыбке, глаза жмурились, а смех застревал в горле. Молодой человек наклонился к ней и прошептал в самое ухо:

– Я буду вести себя хорошо. Пожалуйста, не прогоняйте меня.

Он и так знал, что она не прогонит. «Обормот, – думала Эллен, пока он жадно смотрел на нее. – Я обожаю тебя, и ты это понимаешь. Обормот».

Затем, без предупреждения, Шпора снял с девушки темные очки и стал внимательно изучать ее опухшие веки.

– Сенная лихорадка? – заботливо спросил.

Она слегка кивнула и, забрав очки, опять их надела.

– В таком случае вам нужно принять антигистаминный препарат прежде, чем мы приступим к работе. Есть у вас триммер? Желательно, с мотором.

– Может быть, в мастерской. – Эллен махнула рукой.

Шпора подергал дверь и сделал вывод:

– Заперто. У вас есть ключи? Или вы предпочитаете лазать через окно?

– Я думала, это ваше хобби, – парировала она.

– Если хотите, я попробую войти в сарай при помощи фальшивого чека. Я сидел за подделку и подлог документов.

– А разве не за наркотики? – вопрос вылетел прежде, чем она успела подумать.

– Старая местная легенда. Она утверждает, что меня схватили, когда я вел моторную лодку, доверху нагруженную тайским опиумом. Звучит, конечно, более романтично, чем попытка воспользоваться украденной кредитной картой.

– И какой срок вы получили?

– Как любит выражаться моя мама, я «работал за границей» четыре года. За подделку подписей, и не только.

– Простите… – Эллен решила вернуться за черту, которую переступила.