Учитывая обстоятельства, все сложилось не так уж плохо, лучше, чем он ожидал. Ее отношение к тому, что они сделали, удивляло его. Но, положа руку на сердце, Джек должен был признать, что все в ней поражало его. Выйдя на палубу, сразу после того как они отчалили, Миранда Чадвик ни разу не упомянула об их встрече в лесу. Кровь Христова, она ни разу ничем не показала, что вообще что-то произошло. Боже упаси, ему не хотелось никаких слез или истерик, но ее поведение просто нелепо!

С того самого момента, как он ушел из своей… ее каюты, Миранда ведет себя как ни в чем не бывало. Как только она поднялась на палубу, она задает вопросы всем и каждому обо всем, что видит. Не ему, конечно. Нельзя сказать, что она совсем его не замечает, но довольно равнодушна. Ну и к лучшему. Он уже решил, что нужно только выдержать ближайшие два-три дня, сдать ее на руки любящему папаше и смыться. Если бы ему только совсем не надо было с ней разговаривать.

— Знаешь, капитан…

Джек обернулся. Он забыл, что Фин стоит рядом.

— …если ты говоришь, что она тебе не нравится, то не смотри так на нее. У тебя вид как у больного.

Глаза Джека яростно сверкнули.

— Ничего подобного я не делаю.

Фин поскреб подбородок, закатил глаза в небо и пожал плечами.

— Я тебе сказал, нет! — Сразу несколько голов повернулись в их сторону, и даже та леди, о которой они говорили, снизошла до того, чтобы обратить на них внимание. Джек понизил голос. — Ты не знаешь, о чем ты говоришь. От этой женщины, кроме беспокойства и неприятностей, я ничего не жду.

— Не знаю, ― протянул Фин, — мне она нравится.

— Хорошо. Отлично. Прекрасно.

Каждое слово Джек говорил громче предыдущего. Он уперся руками в бока.

— Хоть все с ума тут посходите. Мне — наплевать. Сплю и вижу, как бы вернуть ее домой к папочке и разделаться с этим дурацким похищением.

— Мы поэтому с такой скоростью помчались в Чарлз-Таун, даже днище не дочистили?

— Нет, — неохотно ответил Джек. Он облокотился на поручни и смотрел на паруса, наполнявшиеся ветром. Вода стояла очень высоко, и они легко продвигались к выходу из бухты. Джек никому не объяснил причину внезапного отправления. Вздохнув, он признался своему рулевому:

— Де Сеговия вернулся в Сан-Августин. Фин сильно прищурился — одни зрачки были видны в щелочках между веками — и спросил:

— Откуда ты узнал?

— Я встретил в лесу Нафкиби. У него есть знакомое племя на дальнем юге, на земле испанцев. Они сказали ему, что де Сеговия вернулся в Сан-Августин. Он возглавляет теперь гарнизон крепости.

— А откуда Нафкиби узнал, где тебя найти?

— Роберт сказал ему.

— Твой дядя?

— Да, когда уходили из Чарлз-Тауна, я сказал дяде Роберту об этом «похищении», — Джек сделал гримасу, — и о том, что мы направляемся в Снибли-Крик, и, когда Нафкиби не нашел меня в Чарлз-Тауне, он пошел к Роберту, и тот сказал ему, где меня искать. Он прислал еще мне записку, чтобы мы немедленно возвращались.

Фин, казалось, пережевывает то, что услышал, наконец он покачал головой и сказал:

— Ах вот почему ты так странно ведешь себя.

— Какого дьявола ты болтаешь?

— Да, капитан. Когда мы встретили вас с ее милостью в лесу, ты был все равно как сумасшедший. Джек стиснул челюсти.

— Я хочу найти де Сеговию и узнать, где моя сестра.

— Знаю, капитан.

Выражение лица старого пирата было торжественным, и Джеку захотелось объяснить, что он беспокоится не только о том, чтобы разыскать де Сеговию. Это было бы нечестно по отношению к Миранде, и, кроме того, Джек не знал, что скажет Фин.